Дети Духов. Часть 2

– Не ему, а княжичу Храбору Черсалавскому…

– Не важно – настаивал жрец – Падший не признаёт клятв данных мерзким язычникам…

– Мы не пойдём на Порыж! – оборотив лицо от окна, наконец решил магистр и тем самым прервал эти рассуждения о всяких глупостях – Великая армия пойдёт вдоль моря, мимо Долгого мыса, прямо на Староторж! Ландкомтур Карриер, соберите отряд и выдвигайтесь к Вилю. По возможности отбивайте замки, но не рискуйте. Главное сдержите салавов…

– Но магистр… – удивился де Эпи – Как же отряд великого комтура в Порыже?

– Ничего не поделаешь – вступился ландкомтур – они хотя бы отвлекут на себя салавскую рать.

– Бросить своих братьев?! Их надо предупредить! Рыцарская честь…

– Именно вы, де Эпи, и должны восстановить её, эту самую честь! – перебил Магистр – Именно вам великий комтур Рюст поручил держать Друговраг, и именно вы не справились с этой задачей! Отдали крепость и впустили салавов на земли ордена. Где они теперь бесчинствуют и захватывают замки, и даже города, к чему, кстати, и ваш погибший оруженосец причастен.

Ещё и вышли из плена, дав странное обещание, не поднимать руки на салавов… Молчите! – снова прервал, попытавшегося было возразить, рыцаря. И уже спокойней приказал – Выберите наконец какая клятва вам дороже: данная салавскому воеводе или ордену Падшего? Отправляйтесь с ландкомтуром и попытайтесь искупить свою вину! – де Эпи прикусил побледневшие губы, сдерживая резкие слова, молча поклонился и вышел. А магистр тихо проговорил, обращаясь к ландкомтуру – справишься и, возможно, станешь следующим великим комтуром…

С седла коня Ночки, чуть покачиваясь, свешивался мешок.

Выделанная кожа, вышитая бисером и золотыми нитями. Ветер, едущий рядом с хатун, всю дорогу поглядывал на него, и вот, только теперь, решился высказать:

– Многие поганы не поймут этого, а родичи хана Кирюка затаят злобу.

Ночка даже глазом не повела, однако ехавший чуть позади Тол Мун перевёл её молчание:

– Он сам согласился на это.

– Всё одно. Мёртвый поган, тем более хан, должен принадлежать степи, а не служить украшением…

Далее он не договорил, впереди показалось стойбище кромешей.

У юрты темника их ждали. Ночка ловко соскочила со своего коня, взмахнув вышитыми, с разрезами по бёдрам и сзади, доходящими до пят полами своего чёрного, прям как лицо, кафтана. Захватив мешок, прошла между двух костров и, перешагнув порог, вошла в юрту. За ней Тол Мун, более никого не пустили.