Покашеки

Никакого коллектива у нее не было. Хотя был когда-то, но неудачный брак с предводителем стаи обошелся ей боком. Во всем виноват ее неуемный аналитический мозг и гордость, которая и всем нам частенько помеха.

….Когда-то, еще в стае, было спланировано одно «дело». Решили украсть пропитаньице, да у кого – у лис! Ну никого наивнее рядом не нашли, что ли? Но голодуха подвела! Она-то и помутила разум всех, но не Шу! Та сразу сказала, что этот номер «голый», как их хвосты. И что у лис отходных путей в норах нет.

Лично она в это дело не сунется ни одной ногой – вези ее туда хоть в инвалидной каталке. И, несмотря на голод, она советует поискать варианты безопаснее.

Но тогдашний ее муженек, умопомраченный голодом и собственной фразой «Я сказал!», повел-таки, подтянутый в области живота отряд на верное, как он говорил, дело… Когда «брали товар», в норе никого не было, да и снаружи казалось тоже, но это только казалось! В лисьей стае существовал некий косоглазый, который не был убогим от рождения.

Просто в детстве он внимательно отследил весь процесс солнечного затмения. Вот так у него глаз и залип.

Стая его на охоту не брала – он только мешал да панику наводил. К тому же давал ложную сводку о наличии отсутствия, а про координаты я вообще молчу. Так вот, этот косоглазый очень зорко следил тогда за входом в нору (насколько позволяла ему сбитая планка). За это, собственно, его и кормили. Это и являлось его, язык не поворачивается произнести, прямой задачей.

В общем, вы поняли – от него-то и требовалось поднять большой кипиш. Что он тогда и сделал.

Тут же, откуда ни возьмись, появилась вся остальная братва, за исключением тех, кто был в командировках и разведке. В общем, наваляли всем по самые бакенбарды и порвали на тряпочки! Шу смотрела на это, обливаясь слезами, но поделать ничего уже не могла. Как и не смогла остановить своих соплеменников раньше…

Некоторые ее сородичи умудрились спастись. Предводитель – муж ее – изрядно потрепанный, без хвоста и уха в том числе.

Но уцелевшим нечего было ей сказать, а ей – тем более! И она ушла…

Долго она скиталась, выращивая и убивая, и снова выращивая свои тени. Шу брела, сторонясь всех, питаясь грибами, ягодами – всем тем, что можно есть и пить. Ночами остерегаясь сов, одним глазом пялилась из укрытия на кусок небесного сыра и размышляла о бренности мира. О том, что хорошо, что не успела обзавестись детьми от вождя.