Покашеки

С тех пор она напрочь перестала видеть в людях и окружающем хорошее! Вот тут-то все и началось – вся округа начала стонать от беспредела хозяйки замка и прилегающих территорий. Имя Зильды стало нарицательным!

(А ведь как мило начинала…)

Возвращение пропажи

Ну так вот! Когда Шу и Мела стали кланяться Зильде… глаз подкатился к самым ее ногам! В первый миг она даже и не поняла: что это? Лишь спустя секунды, не веря увиденному, она позволила себе наклониться и поднять его!

– О! Небо! Я все-таки нашла его! – радостно вскрикнула она, да так, что стеклянные витражи зазвенели, а сонные леопарды вскочили с нагретых мест!

– Это он, это без сомнений он! Сколько лет?!

Свежеосвобожденные пленники совсем ничего не понимали, только глазели на происходящее и, кстати, Зильда не казалась им теперь уж столь ужасной! (Вот что делает с человеком настоящая радость!)

– Где вы его взяли? – радостно спросила она.

– У рыбы! – впервые открыл рот Мела.

– У какой рыбы!

– Она чуть не утащила меня на дно, я дрался с ней, и вот это вылетело на песок! – глуповато объяснял рыбоборец.

Зильда в свою очередь тоже ничего не понимала, но для нее сейчас это было не важно! Важно, что она нашла его, свой второй – «хороший» глаз!

А вот наши приятели, кажется, начали догадываться, почему она пряталась за веером…

– У меня сегодня прекрасное настроение впервые за тридцать лет! У меня сегодня радость! За глаз просите чего пожелаете – ничего для этого не жалко!

– Да нам ничего и не надо! – ответили друзья хором, – берите так!

– Нет, без подарка я вас не отпущу! Золото, алмазы, деньги?

Шу, кажется, начала понимать, чего просить.

– Ваше святейшество! Быть может, если наша просьба не покажется вам дерзкой, то нельзя ли попросить у вас в качестве вознаграждения, освобождения нашего друга – Пистона?

– А когда это он успел стать вашим другом? Уж ни за одну ли ночь?

– Именно так, Ваше Высочество! По-моему, он прекрасный пес, и он такой же простой и совершенно безобидный!

– То есть, вы хотите сказать, что вся эта сверкающая дребедень и комфортное, безбедное существование до конца своих дней не стоит жизни этого пса?

Зильда ухмыльнулась, и наши друзья опять оробели, не зная, что же им ответить.

И все-таки Зильда теперь уже была не так строга, как раньше.