Покашеки

Хысь-хысь! И не трогает меня никто, не до того тутошним!

– Да, уж! От твоего голоска все одно кровь сворачивается! Можно и к Зильде, тут уж то на то и выходит!

– А ты не держи, не держи! Выговорись! Все тут так каразяпятся, да вот финал-то один и тот же! И вот что примечательно, ведь ни один уважения мне не оказывает, все только на голос мой реагируют! Некрасивый, говорят, у тебя голос, да что там – противный! Вот и ты тоже! А у меня может сегодня день рождения!

Пистон подумал, что и действительно… напрасно он так с мини-ящером, все же праздник у него!

– Ты меня извини, что я так с тобой! Но сам понимаешь – я тут не снежинки вырезаю! Дело нешуточное! Тут… скорее, вопрос смерти, чем ее отсутствия! И про бабушку твою – тоже прости!

– Ну вот, это я принимаю! А что касается смерти, это дело может и погодить!

– Как это, погодить?

– А вот так! Ты, я вижу, парень начитанный, хороший! Сразу ты мне приглянулся! Ну и… так сказать, по случаю и в связи… со всенародным праздником имени меня, объявляется амнистия!

– Подожди, я что-то не понимаю, о чем ты говоришь?

– Ну о чем, о чем?! – запричитал главный по проводам.

(Конечно же, тритон не говорил по-немецки! Это уж я, имея привилегию автора-рассказчика, преподнес вам все так! Приврал вроде как для складности! Но суть сказанного на тот момент выражала тот же смысл, что и мой!)

– По-моему, ты собираешься мне помочь, это я понял, но как?

– А чо тут понимать-то? Дырка тут под мусорным ведром, прямо в водосток и сладкое слово «болото»! А тама – слабооода! Понял?!

Вот тут Пистону стало так хорошо, что аж плохо! Он с ужасом подумал о своих новых друзьях, которые его так хорошо приняли в свою компанию.