Доктор ивантеевских наук – 1. Откровения странствующего лекаря

Ну какие слушал он рассказы?

И какой доверился звезде?

Тут, в Нью-Йорке понимаешь сразу:

Гетто одинаковы везде.

Понял, что обманут, слишком поздно.

Понял: не отмоешь добела

Этот мир, зараженный серьёзно.

Мир богатых, строй насилья, зла.

Он погиб во время забастовки

Когда нёс в руках свободы флаг.

Полисмен в стрельбе был очень ловким —

Разрядил обойму просто так…

Когда вижу статую Свободы —

слёзы на глазах моих блестят.

Ведь американскому народу

О свободе только говорят.

Мы в Гарлеме гибнем в нечистотах,

Крысы делят с нами свой обед.

Целый день в труде, как пчёлы в сотах.

роемся в грязи – ни цента нет.

Небо над Гарлемом – наша крыша,

А постель – от ящиков картон.

Здесь наркотик заменяет пищу.

И преступный мир со всех сторон.

Сохнет, прозябает пролетарий,

Деловые люди делят куш.

Бизнесмены нас внесут в гербарий,

Соберут мозаику из душ.

Неграм и индейцам счастье снится,

Да и белых много в нищете.

Вот бы нам, друзья, объединиться,

Всем поверить в наш приоритет!

Все мы жертвы, маленькие очень,

Бизнеса большого, дел больших.

Но нас миллионы, кто не хочет

Больше жить в условиях таких!

Белая Свобода держит светоч,

Будто хочет небеса поджечь.

Золото – богатым, бедным – мелочь…

Не пора ль вложить ей в руки меч?

Словно факел реет наше знамя.

Старый мир сгорит от правосудия!

Африка, Америка! За нами!

Единенье – вот наше орудие!

1986

Король бензоколонки

Я не пью, не курю, матом не ругаюсь.

Но с женой – ведьмой злой в личной жизни маюсь.

Мне твердили друзья: «Будешь под пятой!

Наслаждайся, живи жизнью холостой!»

Взял в свой дом, стал отцом, но покоя мало.

Ведь жена – сатана деньги обожала.

Все червонцы тащил для ее забав.

По рукам, по ногам сжала как удав.

Подколодная тварь кровь мою сосала.

Ей две тысячи рублей в месяц было мало.

У меня на спине для нее седло!

Как верблюд в мозолях.

Разбавляли бензин мы мочой ослиной.

Был король, а не ноль. Жизнь была малиной!

Черной, красной икрой мазал бутерброд.

И меня обожал деловой народ.

Фарцевал, гарцевал в личной черной «Волге»,

Героин продавал, бизнес мой был долгим.

Мог в любой кабинет дверь открыть ногой.

А теперь как мертвец – проклятый изгой.

Словно белка крутил для нее колеса.

Королева моя все водила носом.

Чуть дыша убежал к доброй, молодой.