Добро пожаловать в Некрополь

– Есть вернуть! – по инерции ляпнул Дробный, после чего положил трубку и тяжело вздохнул, ибо как выполнить приказ, он конечно же не знал.

Ковальчук ещё требовал организовать ему встречу с партийным активом Ковеля, но после того, как Проскурин признался, что чуть ли не все руководители города и района сбежали в Киев ещё в первый день войны прямо с пикника, который они по поводу выходного дня устроили в лесу между Ковелем и Маневичами[17 - Маневичи – соседний с Ковельским районный центр Волынской области Украины.

Он наконец чётко осознал, что кроме как на себя самого рассчитывать в такой ситуации больше ни на кого не приходится, и собрался в дальнейшем действовать строго по обстоятельствам, исключительно в порядке личной инициативы.

Дверь скрипнула, и на пороге кабинета, в котором стоял коммутатор, появился высокий мужчина, загородивший своими широченными плечами весь проём, один из руководителей Ковельского городского отдела НКВД Загорулько.

– Иван Иваныч, дорогой, какими судьбами?

– Да вот, пробегал случайно мимо…

– Пошли ко мне, посекретничаем.

– Давай, я только этого и ждал.

25. Ковель, районный отдел НКВД, 26 июня 1941 года

– Хреновы наши дела, Митя…

– Я это давно понял.

– Прёт немец так, что волосы встают дыбом. Танк за танком, машина за машиной… Небо черно от самолётов, а наши, сталинские, соколы где, я спрашиваю?

– Где, где, в… Короче, сам знаешь, в каком месте.

– Точно…

– Под Ковелем, в Велицке[18 - Велицк – деревня тогда в Голобском, теперь в Ковельском районе Волынской области Украины.], до войны аэродром был – мощь! Ни одна машина взлететь не успела. Все немец на земле раздолбал.

– Я с полсотни километров пешком шёл. Организованного сопротивления нигде не наблюдается. Красноармейцы по кустам прячутся, в бой идти не хотят. А всё потому, что связь отсутствует, взаимодействие между войсками.

– Спору нет – лучше нашего они к войне подготовились. Накануне вторжения просто забросали район диверсантами, кстати говоря, из числа нашего с тобой брата, украинцами по национальности. Те такую бурную деятельность развили, что просто капец. Ни одного целого столба не оставили. Кабеля телефонисты менять замахались.

– Ты, Митя, уходи с нашими войсками, а я дома останусь. Затихарюсь ненадолго – и за работу.