Если женщина…

Потом мучайся в спазмах… Хорошо ведь только, когда сразу! А если труба лопнет? Горячей водой обожжет, соседи ругаться будут, ремонт потом делай, а где взять деньги? А веревку? Хорошая веревка – дефицит… Господи, да что ж за страна? Может угарным газом? Газа у нас много… Плиту включил и… Нет! Потом голова будет болеть. Пистолета нет! Где свободная продажа оружия? Хорошо в Америке: пришел в магазин, купил пистолет, раз – и готово! Дело поставлено!

От невозможности материально обеспечить самоубийство Гриша плюнул на эту затею, всхлипнул, влез на диван и стал рассматривать трещины на потолке… «Как линии жизни.

Все как у человека. Чем больше он живет, тем больше у него линий-морщин… Это я что? С ума схожу?» Тут Гриша вспомнил, что надо делать ремонт, и прошептал:

– Навалилось все сразу!

Он решил вообще никогда потолок не белить, довериться судьбе. Уж эту идею – он осуществит обязательно. И пусть штукатурка осыпается, в его положении – плевать!

Звякнул телефон. Гриша вздрогнул.

Глянул на часы – семь вечера. Телефон звякнул еще раз. Гриша соскочил, стал искать тапки, не нашел, в носках выскочил в коридор к аппарату.

– Слушаю!!!

Гриша очень боялся, что его не услышат.

– Опять кричит… Ты бы лучше не кричал, а ехал. Восьмой час уже! Опять хочешь надуть? Больше не прощу!

– Коновалова! – воскликнул Гриша.

– А кто же еще? Развел у себя рассадник, любимую не узнаешь? Короче, выезжай! Шампанское-то купил?

– Купил…

– Бери шампанское и через три минуты – у меня!

– Ты хоть адрес скажи.

– Вот кобель! Уже и адрес забыл! Записывай!

Гриша записал адрес, повесил трубку, сел на подставку для обуви и подумал: «Может, так и надо?»

Дом культуры

Бывший сосед Леня Круглов уговаривал красиво:

– Место тихое, работы мало. Пришел и сиди себе, а зарплата: кап, кап, кап… И вставать рано не надо. Ты во сколько сейчас встаешь?

– В семь, – ответил Сомов.

– А будешь в восемь! Это же целый час самого доброго утреннего сна! У них продукты бывают дешевые.

Принесешь родителям продукт, они тебя полюбят!

– И так вроде ничего…

– А будут еще больше! Золотое место! Я бы и сам в эти инструкторы пошел, да стихи писать надо.

Леня Круглов был поэтом. Его печатали детские журналы и один раз упомянули в вечерней газете. Интересно, мол, работают… и длинный список, в котором фамилия Лени стояла седьмой.

– Сам каким-нибудь творчеством займешься! – продолжал он.