Протозанщики 2. Марш оловянных

С другой, как только бессильный демон освободит многоглазый амулет, враг увидит его и, в лучшем случае, снова подчинит своей воле. Этому можно было бы сопротивляться, но для перемещения в Олово у Израдца нет ни сил, ни возможностей.

– А если я проход тебе открою?

Как делал ты, прорвав дорогу в Крым?

– Ни в коем случае! – раздался громкий бас материализующегося Руслана, – Проход заработает в обе стороны. Савриил прорвется сюда, и тогда… Лучше не думать, что тогда.

– Вернулся? – не оборачиваясь, пробубнил Израдец, – Рассказывай, что нового.

– Золото обособляется от Меди и Серебра. Мир закрывается от чумы бунтов. Приказ «Олимпа»! Серебро тоже затворяется от вас. Никаких переходов. Каждый в своем Мире и точка! Если только в Олово…

– А как же новопреставленные?

– Пока в Медь. Я остаюсь с вами, без права перемещения выше. До дополнительного приказа. Будем расхлебывать вместе. Вы до чего-то додумались?

Андрей пересказал Руслану все, что удалось узнать от Израдца: чтобы лишить сил Савриила, нужно перекрыть ему доступ к энергии.

Врага питает не только и не столько ворованная энергетика Меди, но и боль, и зло, творящиеся в созданном им мирке. Несчастья и страдания жертв-рабов создают специфический климат для насыщения Савриила. Прекратить их мучения – лишить врага подпитки. Для этого необходимо отыскать злополучное место.

– Что с Пустой Комнатой? – в надежде спросил демон.

– О, тут есть кое-что интересное. В общем, надпись действительно похожа на современный русский.

Вот она, слушайте, – Руслан достал небольшой свиток и принялся читать, – «Возьми Великого Нерусского, который через пятнадцать веков после кончины полетел на зверях диковинных по Дмитрию во Владимире. Возьми и назови по-русски, по-простому, как называют пацана в твоем дворе. От имени его и будет построено первое слово».

– Что, простите? – вскинул брови Михаил, – Сильно мертвый нерусский летающий по Дмитрию?

– Во Владимире, – задумчиво повторил Израдец, – Вот где все ошибались! Сейчас «во Владимире» – это «где?», а раньше «Владимире» – это было «чей?», относящийся к Владимиру.

И мы искали Дмитрия, принадлежащего Владимиру. А нужен город! Владимир! А по Дмитрию… По памятнику, по статуе…

– По храму, – однозначно заявил Золотой, – Дмитриевский собор в городе Владимире. Это, как считают архивариусы, главная зацепка. Остальное надо смотреть на месте. Вот только никто из нас не может туда попасть. И передать ребятам мы ничего не можем. Эх!..