Протозанщики 2. Марш оловянных

Курса на смерть!

– Отличный способ убеждать, – хохотал как сумасшедший Антип, – Хрясь голову на бок! Хрясь!

– Заткнись, алкаш! – огрызнулся Израдец, – Для вас, между прочим, стараюсь.

– Старайся, добренький демонюга, спасай нас, – ерничал бандит.

Самолет приближался к земле. Деревья, кружась чарующим вихрем, летели на встречу, обещая скорую кончину. Время замедлилось, позволяя рассмотреть происходящее: люди и предметы, ставшие невесомыми, плавали по кабине; любимая планета неслась навстречу, собираясь врезаться в неуправляемую машину.

– Сейчас что-то произойдет! – неожиданно вскрикнул Антип, – Сейчас! СЕЙЧАС!!!

Верхушки деревьев заволокло дымкой. Марево густело, обретая медный отблеск. Облако резко увеличилось на пути самолета, готовое принять здоровый фюзеляж.

– Туда! Всем туда! Андрей!!! – истерил пьяный бандит.

– Туда и летим! – ответил Израдец, спокойно восседая в кресле.

Неожиданно облако начало уменьшаться. Словно в обратной перемотке, марево теряло цвета, редело. Границы расплылись.

– Что-то не так! – заорал Израдец, – Можем не успеть.

Самолет ворвался в остатки облака. Марево, игнорируя железо и стекло, проникло в кабину. Бледной, едва различимой стеной надвинулось на Волну, пожирая, растворяя в себе. Следом растаял Рустам, стюардесса. Обтекая Израдца, спасительный туман направился к Антипу. Облако заметно слабело, съеживалось, угрожая рассыпаться окончательно.

– Быстрее рифмоплет! – вопил Израдец, – Прыгай!

– Я… не могу, – испуганно крикнул Антип, запутавшись курткой в проводах аппаратуры.

– Ох, уж мне эти оловянные! – громко возмутился демон, хватая Антипа за шиворот. Израдец вырвал Антипа из разноцветных пут. С хрустом треснула одежда, и поэт влетел в бледные остатки облака.

Первое мгновение казалось, что наступил покой. Выключилось изображение – настала темнота, и звуки отступили куда-то далеко-далеко, оставаясь в ушах тихим шелестом. Рядом никого. Едва различимо кричали пассажиры, готовясь умереть. Где-то вдали трещал мощными моторами самолет.

В тишине рассвело. Сначала свет зародился во тьме микроскопическими точками, сверкающими по сторонам. Точек становилось больше – они двигались, делились, сливались. Наконец, образовался молочно-белый фон, на котором нарисовались четыре фигуры.

Силуэты с трудом проглядывались, но Антип понял, что приближается к ним. Еще мгновение и сможет рассмотреть встречающих.