Царское дело

 – Потом спросил: – И что, Гриша тоже молчал? И ни словечка не сказал? Не верю!

– Ну, немного говорил, конечно, – ответил Маркел. – Но не напрямую, а так, загадками. Вот, говорил, будто тот человек, который убил лопаря, у меня в Рославле за забором толчется.

– Так и сказал, что в Рославле? – переспросил дядя Трофим. – Слово в слово?

– Ну, не совсем, – ответил Маркел. – Просто сказал: у меня за забором.

– Сказал: «толчется»? – уточнил дядя Трофим.

Маркел кивнул. Дядя Трофим подумал и сказал:

– Ага! – потом совсем тихо прибавил: – Васька Шкандыбин это, вот кто!

Маркел молчал.

Дядя Трофим продолжил:

– И это очень просто. Не мог Гриша тебе прямо говорить, не хотел, чтобы другие слушали, вот он и говорил загадками. Поэтому и получается, что если он сказал, что за твоим забором, то это не за тем, рославльским, а здесь, за нашим, за князя Семена, ясно? Ведь ты же там сейчас живешь, поэтому и за твоим! А теперь дальше: за князя Семена двором стоит двор Богдашки Бельского, подлой скотины… Но ладно! Не беря к сердцу, просто скажем: там стоит двор Богдана Бельского, государева оружничего.

Понял?

– Так это, что ли, он?! – недоверчиво спросил Маркел.

– Нет, конечно! – ответил дядя Трофим. – Пойдет он тебе лопаря резать, а как же! Разве это его дело? Да и Гриша говорил же: толчется! А Бельский там не толчется, а жительствует. Толчется у него Васька Шкандыбин, старший сторож, сын боярский из Коломны.

Вот этот истинно толчется! Я как на крыльцо ни выйду, всегда его вижу. Туда-сюда прохаживается, пальцы вот так за пояс вставит, брюхо вперед выпятит и сапогом вот так пяткой упрется и носком повертывает. Пес!

– И нам нужно его брать? – спросил Маркел.

– Покуда еще нет, – сказал дядя Трофим. – Да его и не возьмешь так просто. Сперва надо, чтобы на него кто-то сказал. А если кто и скажет, то, не тебе законы объяснять, такого говоруна надо сперва на дыбу, и он там должен это повторить.

А это не всякий сможет. Вот наш Гриша и молчит, висит и ничего напрямую на Ваську не сказывает. А как три дня отвисится и ни на кого не скажет, то мы, опять же по закону, должны его снять. И мы снимем. Да и если он даже скажет, а после под пыткой подтвердит, что приходил к ним Васька и зарезал лопаря… А Васька, знаешь, что скажет в ответ? Что это наговор, что это лопарь Гришу околдовал, вот он и несет чего ни попадя.