Железный волк

А после и совсем отъехал в Берестово, ближнее село, а Святополк вместо него сел в Киеве. А Ярослав, озлясь, сказал, что если это так, то он тогда будет сам по себе, не станет Святополку кланяться, ибо Святополк ему никто – он не по чести сел, но по обману! И отложился Ярослав, призвал к себе варягов и сказал: «Пойду на Киев и Святополка ссажу, сам вместо него сяду, а отца поучу!» Владимир, как про такое узнал, разъярился. Ибо такого еще не было, чтобы сын отцу грозил!.. А тут еще одно известие: явились печенеги, и тоже идут к Киеву! Но Ярослав, он далеко, в болотах ильменских, а печенеги уже близко.

И повелел Владимир: «Бейте печенегов!» И вышла в степь его дружина. Повел ее Борис, младший Владимиров сын, от ромейской принцессы. А Святополк, отродье Ярополково, приемный сын, в степь не пошел, отнекался, на хворь сослался… А сам, дрожа от нетерпения, сидел в великокняжеском тереме и ждал гонца из Берестова. Да и не он один – тогда весь Киев того ждал. Ведь знали все: слаб старый князь, вот-вот преставится. А дальше что? А дальше, это тоже знали, будет смута, ибо Бориса Святополк выше себя не посчитает, и стол великокняжеский ему не уступит. А если Борис станет говорить, что Святополк ему не старший, и что он вообще не от Владимира, то Святополк тогда ответит так: «Да, я не родной ему сын, а племянник. Но я зато сын Ярополка, которого наш дед князь Святослав, в болгары уходя, здесь посадил. А твой отец, Борис, на брата своего меч поднял – и убил его. Это великий грех! И чтобы замолить его, твой отец и вернул мне мою отчину». Вот что Борису скажет Святополк. Но это же только слова. А у Бориса сила! При нем же вся отцовская дружина. Поэтому как только отойдет Владимир, сойдутся Святополк с Борисом – и будет смута на Руси великая. Но если бы сошлись только они! Так есть еще и Ярослав – родной, а не приемный сын Владимиров, не то что Святополк. И так же этот Ярослав старше Бориса по рождению! И за Ярославом Новгород, варяжская дружина. И если Ярослав еще даже Владимиру грозил, то уж Борису да Святополку он ни за что ничего не уступит! Вот что тогда должно было начаться на Руси, вот каково наследие Владимир, князь креститель, по себе за земле на своей оставлял! Вот до чего он тогда…

А может, и не он? А может, это Бус тогда, как он Рогнеде обещал, завет свой исполнял? Ведь говорил же он, что еще выйдут на Владимира его же сыновья и будет ему смерть от них.