Железный волк

Сегодня на торгу юродивый кричал: «Камень, стоявший во главе угла, стал камнем преткновения!»

– Взяли его? – спросил Всеслав.

– Зачем? – Любим пожал плечами. – Он и сейчас кричит, не убегает.

– А что народ?

– Так все так думают, как он, просто молчат.

– Лжешь!

– Не веришь, выйди да спроси.

– Не верю.

– Выйди. Только не один – с дружиной. А то кабы чего…

– Грозишь?

– Зачем? Я просто говорю, как есть. Устал народ. Видение увидел – и вздохнул, поверил. Ну, думает народ, свершилось! Слава Те… А тут вдруг ты – жив, невредим! Тут, знаешь, князь…

Посадник замолчал, посмотрел на Игната.

Игнат опять налил вина. Снова выпили – уже без слов, ибо молчал Всеслав. Потом стали закусывать. Посадник много, жадно ел, рвал мясо, чавкал, щурился. И вдруг, еще не дожевав, сказал:

– Видение. А тут еще охота. Все к месту, князь!

И снова начал есть. Охота! К чему это вдруг? Князь косо, хищно глянул на Ширяя. Тот уронил кусок, испуганно сказал:

– Что я? Я ничего! Меня же как привезли тогда с реки хмельного, почти что без памяти, так я и спал едва ли не до этого.

Только подняли, растолкали – и сразу к тебе…

Князь перебил:

– Любим!

Посадник перестал жевать, молчал. Тогда князь посмотрел на Ставра. И тот, вздохнув, стал нехотя рассказывать:

– Тебя медведь порвал. Уел тебя совсем, все видели… А ты потом из-под него вдруг выскочил. Как бы совсем живой! И даже ни одной царапины. И, получается, ты, тот, что сейчас перед нами… ты не Всеслав, наш князь, а ты только его тень.

А наш настоящий князь вчера на охоте убит. Поэтому и было нам всем видение. Только не смерть это была – это Всеслав был в саване. Так люди говорят. И крестятся, и…

– Ставр! – крикнул, не выдержав, князь.

Ставр замолчал. Застыл, окаменел…

– Ширяй! – князя трясло от гнева. – Ты же тогда рядом со мной был! Скажи им, разве было так?!

Ширяй смутился:

– Князь…

– Не гневи! Рассказывай!

И… побелел Ширяй. Чуть прошептал:

– Не знаю я.

Болтают люди. Пусть болтают…

– Да как это? Ты что, Ширяй?! – и князь вскочил, и перегнулся через стол, и попытался взять, схватить Ширяя за грудки…

Но подскочил Ширяй! И отшатнулся, будто от змеи. И тотчас же поспешно зачастил:

– Да, было так! Он смял тебя! Стал рвать! Мы онемели…

И замолчал. Князь сел, закрыл глаза. Стало темно, в ушах шумело… Потом мало-помалу унялось. И гнев будто прошел. Пусто стало на душе, безразлично.