Вкрадцыи. Весёлые истории

 – Это Вилли Токарев? Из могилы восстал? Или я брежу?

Однако же в холл ввалился мужчина лет пятидесяти с волосами, крашеными в неестественно чёрный цвет, в цветастой рубахе-гавайке, надетой поверх майки-алкоголички, в соломенной шляпе и жёлтых шортах с пальмами. Он тащил за собой долговязую и абсолютно растерянную молодую женщину, одетую в голубой сарафан до пола и платочек, коим была обмотана почти вся голова, не считая овала перепуганного лица. В руках у мужчины болталась допотопная двухкассетная магнитола, из которой и лилась так удивившая Валеру песня.

– Здрассьте, – сказал мужчина Лысову. – Давно не виделись. Нам, пожалуйста, лучший номер на двоих. С большоооой кроватью.

– Здравствуйте, Роберт Эдуардович, – Лысов натянул на лицо улыбку. – Вот, пожалуйста. Первый номер, самый роскошный. Но мне нужны ваши паспорта.

– Просто Роберт, если можно, – сказал мужчина, доставая из сумки паспорт. – Серафима, а у тебя паспорт есть? Ты вообще того… Совершеннолетняя?

Женщина в платочке захлопала глазами, развязала бесформенный узелок, который держала в руках, извлекла паспорт.

– Двадцать пятый мне пошёл, – пропищала она, быстро перекрестилась три раза и уставила глаза в пол.

– О, как удачно, – сказал Роберт. – А у меня как раз во рту двадцать пять зубов… Да не, шучу. Двадцать шесть. М-да… Надо бы вставить, но поток любви неостановим…

– Господин Скворцов! – вдруг воскликнул Валера. – А я вас только сейчас узнал. Долго жить будете.

– Здравствуй, Валера, – отозвался нехотя Роберт, отвернувшись.

– Вы прямо жених хоть куда в таком наряде, – продолжал, однако, Валера, со стаканом в руке обходя парочку. – Подновились. И седину не видно совсем. А супруга ваша как себя чувствует?

Скворцов крякнул, застучал пальцами по стойке.

– Ну, что там? – обратился он к Лысову. – Можно заселяться?

– Да, пожалуйста. Вот ключ. И распишитесь.

– Пошли, Серафима, – Скворцов снова повеселел и вцепился своей даме в запястье. – Нас ждёт королевское ложе.

– Я не совсем вас понимаю, – пробормотала Серафима, – но следую за перстом судьбы.

И они скрылись в коридоре. Едва это произошло, Лысов шлёпнул раскрытой ладонью по столу:

– Валера!

– Михаил Семёнович! – откликнулся Валерий с той же недовольной интонацией.

– Ты что клиентов опять пугаешь? – спросил Лысов, нахмурившись. – Их личная жизнь нас не касается.

– Вас, может, и не касается, – ответил Валера, – а меня касается.