Доброволец. Запах грядущей войны

Если в дальнее плавание, то на буксире пароходом «Отважность» – эдакой паровой плавбазы, тоже вооруженной ракетными установками. Кстати, о вооружении:

Пороховая мина – сосуд с шестнадцатью кг пороха, крепится к носовому гарпунному наконечнику (еще один прапрадедушка, но уже шестового устройства минных катеров). Как использовалась? Очень просто. Пробиваем наконечником борт вражеского судна, даем задний ход, отводя подлодку на безопасное расстояние и раскручивая специальный длинный провод: один конец на мину, другой – к гальванической батарее.

В общем, дистанционный взрыв за счет электроимпульса.

Ракеты. Шесть пороховых калибра 102 мм. Размещены в специальных трубах (на каждом борту крепятся по три таких) и закрыты пробками с резиновыми колпаками, выбиваемыми ракетами при стрельбе.

Но все это нужно совершенствовать и дальше. Вот вам ассигнование, господин Шильдер, для проектирования нового подводного судна. Срочно стройте.

Подлодка № 2. Габариты меньше и строилась уже два года (с тридцать пятого по тридцать восьмой).

Ракеты (их по-прежнему шесть) без отличий, а механизм гарпунно-гальванической пороховой мины стал новой конструкции: вместо копьевидного носа – сменный гарпун с миной, вставляемый в удлиненный бушприт.

Испытания? Прошли в июле тридцать восьмого в Кронштадте и опять же в присутствии императора. Прошли успешно. Макет вражеского судна миной и ракетами под водой взорван, но вот скорость… Она стала еще меньше. Как быть? Снова дорабатывать изобретение по Высочайшему одобрению, организовав «Комитет о подводных опытах».

И опять испытания. С погружением-всплытием хорошо, но с ходом традиционно проблемы. К тому же поломки не отпускают. Дорабатывать!

Подлодка № 3. Сконструирована, испытана с помощью нового «водогона Саблукова» (водометного двигателя с приводом от ручного гидравлического насоса) и… забыта. В октябре сорок первого военный министр Чернышев, наложил резолюцию: «Высочайше повелено дальнейшие опыты над подводною лодкой прекратить и вместе с тем обратить особое внимание на усовершенствование подводных мин и действие ракет».

И все. Совсем все. Работы остановили, подлодку передали в личную собственность Шильдеру. Тот еще шесть лет с ней в «домашних условиях» у Петровского острова работал, опыты ставил, но затем, лишившись и сил, и средств, сдался, разобрал свое детище, на металлолом продал.

Ничего не напоминает? А вот мне напоминает, но разводить демагогию насчет этого грустного явления не стану.