Доброволец. На Великой войне

Одним словом, был я не в своей тарелке…

Пунин… Пунин… Где-то я уже слышал эту фамилию и видел это лицо… Точно. Это тот самый атаман Леонид Пунин, которому в будущем предстоит возглавить знаменитый отряд[21 - Речь идет о т. н. «отряде атамана Пунина» (1915–1918 гг.) – одном из наиболее известных партизанских формирований Первой мировой войны, а в дальнейшем первом отряде специального назначения РККА. Сформирован штабом Северного фронта 26 ноября 1915 г. из числа офицеров и нижних чинов, большинство из которых были георгиевскими кавалерами.

]. Ну и ну. На фотографии он кажется не столь опасным, нежели в реальности… Наконец-то отошел в сторону. Но мне все равно не по себе.

А тут еще новости: наш полк приказом переводился в резерв, а Рублевскому после шести непрерывных месяцев пребывания на фронте наконец-то удалось выбить себе у начальства пусть короткий, но отпуск домой, в Москву. Уж не знаю, каким боком и для чего ради, но комполка уговорил поручика взять и меня с собой погостить. Вот такой очередной мне сюрприз жизнь подкинула.

И протестовать я не стал. Зачем, когда появилась возможность посмотреть на дореволюционную Москву и встретить там приближающийся старый Новый год? К тому же в резерве все равно скучно, а так…

Уже через час я и Рублевский стояли на вокзале военной станции с названием Тольмилькемен. Туда-сюда сновали по рельсам рабочие в полушубках, всюду были видны жандармы, следившие, чтобы в вагоны (или из них) не проскочил какой-нибудь штатский «заяц». Смотрели не зря. Едва к дрожащей платформе подошел очередной поезд и раздался свисток, как неподалеку началась какая-то суматоха.

Позже выяснилось, что пара жандармов никак не могли убрать с путей истеричного вида дамочку, тайно пробиравшуюся на передовую к мужу. Та вцепилась в рельсы, словно кошка, и отступать от намеченного явно не собиралась. Жандармы все же справились с задачей оттащить даму от рельсов.

– Что тут сказать? – улыбнулся Рублевский, когда и мы зашли в вагон. – Почти как по Толстому: «Она хотела упасть под поравнявшийся с ней серединою первый вагон.

Но красный мешочек, который она стала снимать с руки, задержал ее, и было уже поздно: середина миновала ее. Надо было ждать следующего вагона»[22 - Л. Н. Толстой. «Анна Каренина».]…

Но в отличие от госпожи Карениной здесь все обошлось хорошо, а мы едем в Москву. Ведь так?

– Так точно, ваше благородие, – ответил я, – и…

– Отставить уставные нудности, – наигранно сурово приказал поручик. – Мы не на вахтпараде.