Это ЦТК!

Бурная рыжая растительность придавала картине реальности.

– Сява! Гадом буду, век воли не видать, никого к «буханке» не подпускал!

– Хорёк! Менты были?

– Пригнал один. Сержант, задроченный какой-то. Видать, с похмелья. Внутрь не лазил, сдал машину, взял расписку и укатил на эвакуаторе.

– Тачку опечатали?

– Нормально всё, начальник! – сторож оскалился щербатыми зубами.

– Полкан был? – спросил Сява.

– Давайте пошустрее, а то накаркаешь, Сява! Мне срок тащить за чужие дела ни к чему.

– Шугаешься?

– У кого нынче рыло не в пуху, – пробормотал Хорёк.

Похоже, он решил встать на путь исправления.

Мужчины подошли к машине. Рыжий охранник достал шпильку из кармана трико, поколдовал над пломбой. Не успел Межуев разглядеть, что он там делает, как Хорёк дёрнул за ручку. Дверца, скрипнув, отворилась.

Межуев остался у машины. Влезать внутрь почему-то не хотелось. Он посмотрел на свои носки, белые полоски на сталисто-сером слились с общим фоном, а что до золотистой тонкой ниточки, так, не зная о ней, ни за что не различишь.

– Палыч! – выкрикнул изнутри салона Сява. – Какие они из себя, эти контейнеры?

– Зелёные ящики такие, типа посылочных.

– Нема таких, начальник! – весело доложил Хорёк. Плечи его расправились, словно сбросил груз висящего срока.

Межуев сунул голову внутрь. Возле запыленной скамейки, действительно, никаких контейнеров не было!

– Ладно, закрывайте жмуровоз!

Рыжий охранник возился с замком немного дольше – ломать не строить!

– Вот что, Сява, я ствол на дороге оставил, – сказал Межуев.

 – По ходу, братва прибрала. Был такой тип, лысый и усатый. Их водила. Только он и мог зацепить.

– В кепке?

– Лысый, говорю!

– Не грейся так! Я знаю, кто это. Отыщем ствол, всё нормально.

– Начальник! Тачку забирать будешь?

– Ты с кем сейчас говорил, Хорёк?

– Заплатить придётся, – рыжий почесал затылок, – я бы ничё, да квиток уже оформлен ментами.

– Сколько?

– Семь косарей за час.

Палыч не стал торговаться. Благо, денег у него менты не выгребли.

Как хорошо быть трезвым, подумал он, глядя на синее небо.

– Завтра доложишь! – сказал Межуев начальнику охраны, после чего сел в свою машину и уехал.

– Он что, всегда такой запаренный? – спросил сторож.

– Хорёк! Давно запретки не видал?

Хорёк сконфуженно опустил плечи. Кто просил лезть не в свои дела? Сява похлопал его по плечу и, прощаясь, окончательно испортил настроение, пообещав в скором времени найти братану путёвую работёнку.