Это ЦТК!

– Дрянь я бы сказал, ещё та!

– Это ты о ком?

– Настойка твоя, Хлопин!

– Так что мы с нею сделали?

– С Натальей?

– Тьфу ты! С вытяжкой!

– Хлопин, ты бы вспомнил…

– Ничего не получается! – Хлопин упал в кресло, обхватил голову руками.

– Хотя бы, как меня зовут! Ведь с незнакомыми бомжами не братаются, не так ли, доцент Хлопин?

– Сидор! – выкрикнул Хлопин, всплывшее в голове имя.

– Вот, другое дело! – ободряюще сказал бомж. – А то ты да ты, я ж не Иван Кузьмич, что ты мне тычь!

– Сидор, ты чего такой радостный? Человека убили, изнасиловали, вытяжку вылили в унитаз!

– Опосля в рояль насрали, чудно время провели!

– Сидор! Я сейчас звоню в милицию!

– Для чего? – встрепенулся Сидор, прыгая в одной штанине.

Джинсы его были почти новыми, только на одной коленке темнело жирное пятно. Наверняка, выбросили на помойку в элитном районе.

– Сдам тебя властям. За нарушение неприкосновенности жилища и убийство твоей подруги!

– Перестань, Александр Юрьевич! Я пошутил. По-шу-тил!!! Всё в порядке.

Пили вдвоём, много болтали, ничего больше!

– Так, а это… – Хлопин повернул голову в сторону прихожей. В следующий момент он всё понял. Кашемировый плащ бомж нашёл на той же помойке, где подобрал джинсы.

– Я пошутил, прости меня, дурака! Пока ты отключился, я немного похозяйничал у тебя.

– Заметил, – отмахнулся Хлопин, вспомнив о посуде в раковине.

– Не осуждаешь?

– Шёл бы ты домой.

– А ты посмотри на часы, доцент! Уже люди встали. Ненароком увидят меня, выходящего из твоей квартиры, грязного и оборванного.

Что тогда? Почище будет, чем я наплёл похмельную байку!

– М-да.

– Да ты не бери в голову, Александр Юрьевич! Как стемнеет, выставишь меня в шею. Ни одна душа не узнает о твоём знакомстве с человеком из подворотни!

– Слушай, Сидор, ты кем был в прошлой жизни? Что-то ясно выражаешься, складненько так. Не писателем?

– Ха-к-ха! – закашлялся в смехе Сидор. – Будь я писателем, или поэтом, никто не осудил бы за пьянство. Я всего лишь скромный учитель словесности.

– И сейчас?

– Ты про прошлую жизнь спрашивал, – Сидор скрестил руки на груди и надул губы.

– Так, что ты ещё натворил, пока я спал? Куда дел вытяжку?

– Я же сказал, что дрянь твоя вытяжка! А так рекламировал, так пиарил!

– Выпил?

– Ну да. А градусов нуль по Фаренгейту!

– То есть, отрезвел разом? – глаза Хлопина загорелись.

– Не то чтобы очень, но уснул, как младенец.

– И всё же зря ты выпил реактив, как бы я его не хвалил.