Закат над лагуной. Встречи великого князя Павла Петровича Романова с венецианским авантюристом Джакомо Казановой. Каприччио

Мы сравнили французский текст с оригинальными конфискованными рукописями, хранящимися в нашем архиве, и после тщательного анализа определили, что французский текст не соответствует поэзии Джорджо Баффо. Книга «Канал желания» была написана французским либреттистом.

– Но ведь…

– Следовательно, мы не можем привлечь месье Пюго к уголовной ответственности. По закону в Венеции запрещаются только определенные авторы. Его книга не входит в эту статью.

– Но книга же безнравственная!

– Мы согласны. И мы жестко предупредили автора не распространять ее.

– Но он же читает эти стихи юношам, Ваше Высокопревосходительство. Юношам!

– Вы это видели?

– Я это знаю.

– Каким образом вы получили эту информацию?

– Мне сказали.

– Кто?

– Я это слышал.

– От кого?

– Поверьте мне.

– Видите ли, «слышать» для нас недостаточно.

– Все, что я говорю, – правда.

– Недостаточно. Нам нужны конкретные доказательства. Следующий донос…

Конфидент выпрямил спину, изучая силуэт Красного, который достал другой лист бумаги.

– …Вы пишите: «Вечером, 19 января 1782 года, в театре Сан-Бенедетто, во время оперы „Орфей“, на третьем ярусе, в самом последнем чулане правого кулуара, секретарь папского нунция в Венеции монсеньор Гаетано Асколи занимался самым пошлым, распущенным и непристойным для светлейшего общества актом с синьорой Витторией Лоредан, вдовой генерала Марино Лоредан».

– Да, так и было, Ваше Высокопревосходительство. Это я видел собственными глазами.

– В этом я не сомневаюсь.

Ваш донос не первый, описывающий лицемерное поведение монсеньора Асколи. И мы приветствуем Ваши попытки разоблачать ватиканских чиновников. Однако тут есть одна маленькая неточность.

– Неточность? Не может быть! Это были они! Я уверен. Я могу Вам дать в качестве свидетелей имена тех, кто сидели с ними в ложах во время первого акта. Это были они, Ваше Высокопревосходительство. Клянусь Вам!

– Дело в том, что монсеньор Асколи больше не является секретарем папского нунция в Венеции.

– Что?!

– В конце декабря он был назначен ауксилиарным епископом Неаполя.

– Как?

– Вот почему мы не сможем вознаградить Ваш труд. Вы это должны были знать.

– Но может быть… может быть, хотя бы половину. Ведь занятие на самом деле было непристойным.

– С этим мы согласны. Но как Вы знаете, мы платим только тогда, когда донос приводит к конкретному результату. А тут результата никакого не может быть. Венеция не может позволить себе провоцировать Бурбонов.