Алекс в стране Советов. Серия «Русская доля»

Обычно на выходе, что из универсама, что из касс кинотеатра, или вблизи автобусных остановок, выставлялся самый мелкий и тщедушный парнишка, который обращался к проходившим пацанам помоложе себя, ровесникам, а иногда и ребятам постарше с невинной но конкретной просьбой, при чём довольно наглым тоном: «Чувак, дай десять копеек, – или как вариант, – пятнадцать, двадцать». Чувак или опасался и давал, чувствуя что-то неладное, или «не врубившись» отшивал мелкого «стрелка» в грубой форме. В первом случае давшему требуемую сумму давали уйти, иногда даже со словами: «Свой пацан!» – это считалось вместо «спасибо».

Во втором случае, на «стрелка» не долго думая «наезжали» в перспективе наказать его за «борзость». И тут, вдруг, откуда не возьмись, появлялась группа пацанов повыше и постарше, которая сходу приступала к делу. Компания окружала как бы обидчика «маленьких детишек» со всех сторон и в порыве борьбы за справедливость, отрезала чужаку путь к отступлению. Первой фразой новых тимуровцев была: «Ты, зачем маленьких обижаешь?!» После восстановления справедливости и полного раскаяния жертвы, обидчику малышей настойчиво предлагалось уже вывернуть все свои карманы и компенсировать все неудобства и малышу и его защитникам – «тимуровцам». Был и третий вариант, жертва отвечала: «Денег нет!» Тогда шёл в ход следующий психологический приём: «А если найду? Заберу всё, ведь ты говоришь, что у тебя денег нет, вот их и не будет совсем!» В случае молчания жертвы, начиналась проверка карманов. В случае ответа жертвы: «На, ищи, всё что найдешь – твоё!» обычно расходились с миром. Но бывали и очень крутые разборки, когда оскорблённые поборами парни оказывались, к примеру, с Коровинского шоссе или другого крутого района и после инцидента, приводили к «Еревану» большую команду-шоблу, человек двадцать. В шобле могли быть и старшие пацаны, отслужившие в армии. Шобла ещё переходя Дмитровское шоссе и практически перекрывая движение на нём на какое-то время, дико свистела, жутко орала и размахивала над головой солдатскими ремнями, металлическими прутами и монтировками. Что орала толпа была не понятно, но ясно и понятно было одно, что малым силам местных пацанов пора как говориться «сваливать» или «рвать когти», кому ка больше нравится. Местные пацаны, подгоняемые свистом и гиканьем со стороны преследовавшей их вражеской шоблы, просто летели над газонами и дорожками ведущими в родной двор. Горе было тому, кто попадёт в плен к врагу.