Персидское дело

И так он ещё долго лежал, вспоминал то одно, то другое, но, конечно, чаще про слона, всё то, что слышал про него за этот день, и боль в боку мало-помалу улеглась…

А после вдруг опять приснился тот носатый бык с клыками, Маркел падал перед ним, а бык (конечно, слон) топал ногами и ревел, хватал Маркела хоботом и норовил ударить его оземь, но Маркел каждый раз вырывался, бежал по полю, поле было ровное, песчаное, ничего на нём не росло, а песок был вязкий, бежать по нему было очень непросто, и слон догонял Маркела и опять хватал, поднимал над собой и бросал, Маркел падал на песок, вставал…

Глава 4

И утром проснулся потный, злой, руки дрожали.

Параска посмотрела на него и только головой покачала. Маркел сел на лежанке и велел подать ему тёплой воды и бритву.

– Что ты затеял?! – спросила Параска.

– Бритву вели подать! – строго повторил Маркел.

И тут же спросил, собрали его или нет. Параска с Нюськой взялись хлопотать.

Маркел побрился, начал точить саблю. Обычно он ездил без сабли, с кистенём, а тут подумал: всё же Персия, посольство – и взял саблю.

Потом он оделся, тоже в лучшее, ненадёванное, сел к столу, стол был уже накрыт, и один позавтракал, а Параска и Нюська стояли смотрели. Потом Маркел встал из-за стола, Параска вынесла Николу, древний образ, ещё от дяди Трофима, и, помолившись, подала Маркелу. Маркел приложился к образу, облобызал.

Вошли люди, подняли узлы и понесли. Впереди людей шёл Филька и приказывал.

И только они все сошли во двор, как появился Клюев. С ним были кремлёвские, стремянного полка стрельцы в белых кафтанах. Стрельцов было десять с десятником. И ещё было двое посольских, клюевских людей, эти стояли за стрельцами, и при них был кованый сундук. Маркел сразу же подумал, что это щелкаловский сундук, но Клюев ничего об этом не сказал, а сразу спросил:

– Ну, как? Собрался?

Маркел молча указал на своих людей с узлами.

Клюев сказал, что это хорошо, и что им идти недалеко – на Москворецкую переправу, и их там давно уже ждут, поэтому надо поспешать.

И они все сразу же пошли. Параска с Нюськой стояли на крыльце и не махали руками – Маркел не любил, когда машут. Дело серьёзное, думал Маркел, вон сколько стрельцов пригнали! И сундуков за ним ещё ни разу не на?шивали.