Красная башня

С другой – обрывалась вниз, к Окскому съезду и потоку машин.

– Куда они все прутся? – задумчиво проговорил Усманов, разглядывая ползущие по всем шести полосам автомобили. – Можно подумать, нет никакого карантина.

– Нет никакого карантина, – повторил один из оперов. – Есть самоизоляция. А она базируется на совести и самосознании.

Второй опер рассмеялся.

– Ну да, ну да, – сказал Усманов и снова повернулся к столбу.

Столб деревянный, судя по цвету скорее всего из дуба. Диаметр сантиметров десять-двенадцать.

Высота – около двух метров. Вся поверхность изрезана каким-то знаками, символами. Круги, волнистые линии, треугольники. Резали недавно, древесина свежая, влажная, словно этот дуб только вчера рос себе спокойно. Установлен наспех, земля вокруг рыхлая и ее немного. Значит, яму под столб рыли не лопатой, а чем-нибудь специализированным, вроде бура.

Усманов сфотографировал основание столба и землю вокруг него. Знаки и символы скрывались под комьями глины. Видимо, они покрывали всю поверхность.

Он встал и навел камеру на самое главное.

Голова Саши Белого была насажена на столб, будто на кол. Волосы и борода спутаны и испачканы подсохшей кровью. Остекленевшие глаза широко раскрыты и смотрят за реку с каким-то удивлением. Усманов хотел присмотреться к линии разреза на шее, но за грязью и волосами ее было не разобрать.

Сзади сдавленно заперхали, и он поправил медицинскую маску.

Воеводин, начальник следственной группы, отогнал оперов и хмуро спросил:

– Ну?

– Это Саша Белый, – ответил Усманов.

 – Местный бездомный.

– Точно?

– Я его хорошо знаю. Гонял из подвалов еще будучи участковым.

– Саша? Белый? Как в «Бригаде»?

– Настоящую фамилию не помню. Надо уточнить.

– Что о нем можешь сказать?

– При мне был довольно безобидным малым. Приворовывал, конечно, но по мелочи. Возможно, с тех пор что-то изменилось.

– Ну еще бы. Свяжись с третьим отделом. Может у них что есть. Бомжи вроде по их части.

– Есть, товарищ полковник.

– А что с телом?

Усманов повернулся.

Безголовое тело Саши Белого лежало метрах в десяти от столба в позе эмбриона. Длиннополая куртка топорщилась от засохшей грязи. Криминалист медленно бродил вокруг него, выискивая вещдоки.

– Пока рано говорить. Но убили и голову отрезали точно не здесь. Крови очень мало.

– Ясно.

Воеводин замолчал, грузно покачиваясь с носков на пятки и разглядывая недостроенные коттеджи.

– Там нет никого, – угадал Усманов ход его мыслей.