Красная башня

 – А дом, который хотел показать Салимов, вычислили?

– Пока нет, – вздохнул Егорьев. – Все частные дома там обошли. Живут в основном старухи. Два дома пустуют, давно. Но и там ничего подозрительного. Возможно, Салимов ошибся улицей.

– Или наврал, – сказал Усманов. – А девчонку убил сам. Или кто-то из его подельников. Гастарбайтеров из той бригады кто допрашивал?

– Я, – поднялся один из оперов. – У них железное алиби на ту ночь. Были в Городце, дачу строили. Хозяин и соседи подтвердили.

– Кроме того, Салимов не мог убить, – добавил Егорьев.

 – Физически. У него с год назад диагностировали защемление нерва на левой руке. Выгрузить что-нибудь, плитку положить он мог, а вот задушить кого-нибудь железной цепью до позвоночника – вряд ли. Такое не у каждого здорового получится. Поэтому его и в Городец не взяли. Толку от него на строительстве мало.

Воеводин прошелся вдоль стола, хмурясь и кривя рот.

– Иными словами, из всех наших подозреваемых самым предпочтительным выглядит твой, товарищ Усманов, кожаный буратино.

Двухметровый амбал, любящий таскать трупы крюками.

– Нет никаких доказательств, что он был на местах предыдущих преступлений, – сказал Усманов. – Если конечно не принимать всерьез россказни мальчишки из коррекционного интерната.

– Мальчишка мог, конечно, приврать, – сказал Воеводин. – Но дыма без огня не бывает.

Маша вскинула голову.

– Вы кое-что забываете. Символы на идоле и теле второй жертвы. Колодки у девочки. Волчью голову.

– Да, – нахмурился Воеводин.

 – Организация. Сообщество непростых людей, к которым на кривой козе не подъедешь. Я сделал запрос в управление, чтобы санкционировали на всякий случай, но ответа пока нет. Так что этой версией мы можем заниматься только втихую.

Он открыл ящик стола, достал толстенную папку и включил проектор.

На экране возникло мутное изображение – два стилизованных белых волка на черном фоне. Они стояли на задних лапах с повернутыми друг к другу длинными мордами. Казалось, что звери танцуют.

– Итак, Организация. Это ее эмблема. По экспертной справке, они позаимствовали ее с монет независимого Нижегородского княжества 14-15 веков. То ли это был личный герб одного из князей. То ли монгольская тамга. Точно не известно. Короче, по некоторым данным сперва это был клуб интересующихся краеведением. Потом кое-кто из его членов пошел в гору, стал заниматься бизнесом, кто-то пролез в органы власти и потянул за собой остальных.