Россия HELL

 – Она склонила голову к микрофону на воротнике и что-то быстро прошептала. – Пять минут, и девушка к вам присоединится.

Девушка присоединилась раньше.

Двери раскрылись, и на пороге появилось то ли чудо пластической хирургии то ли чудо генной инженерии. Антон даже обошел ее кругом, сравнивая с изображением на экране. Сходство было потрясающим.

Девушка выдула большой пузырь жевательной резинки.

– Ну? Так и будешь пялиться? Или делом займемся?

Антон повернулся к Эшли.

– Это не она.

Та опешила.

– То есть как?

– Это копия.

– Но вы же понимаете, что…

– Да, я понимаю, что все эти актрисы давно померли, а если и живы, то из них песок сыпется.

– Если вы предпочитаете постарше, то у нас есть…

– Вы не поняли. Я не предпочитаю постарше. Мне нужна эта актриса, – он ткнул пальцем в экран. – И я знаю, что она у вас есть.

Эшли поджала губы.

– Мадам Ана уже давно никого не принимает.

– Меня примет.

– Но…

– Что здесь за шум? – раздался сзади дребезжащий голос.

Рядом с экраном стояла пожилая дама в длинном черном платье с блестками.

– Мадам! – бросилась к ней Эшли. – Этот человек…

– Я все слышала. Гостю понадобились мои старые кости. Кто мы такие, чтобы ему отказывать?

– Но может быть…

– Не может. Я разберусь. Брысь отсюда.

Эшли как ветром сдуло.

– Обе.

Молодая копия фыркнула и удалилась, покачивая бедрами.

Мадам подошла ближе. Ее изборожденное морщинами лицо ничем не напоминало молоденькую девочку на экране.

– Ну, парень. Говори. Кто такой? Зачем пожаловал?

Антон молча достал из кармана пожелтевшую старую фотографию.

Мадам долго разглядывала обнимающуюся парочку на фоне океана. Потом вздохнула.

– Старый, добрый Крамер. Мальчик из посольства. Тогда у него еще были волосы. Теперь, небось, лысый, как колено. И что ему от меня понадобилось?

***

Мадам Ана долго молчала, пожевывая сморщенными губами. Потом подошла к столику с бутылками, щедро налила виски и выдула сразу полстакана.

– Другими словами, ты хочешь, чтобы я предала свою страну.

– Вы родились на Кубе, – сказал Антон. – Ее вы точно не предадите.

Мадам усмехнулась.

– Уже покопался?

– Конечно.

– Зачем тебе эти подвалы? Там давно никого нет. Во время войны была одна из точек Сопротивления. Склад всяческой фигни. Но потом все вывезли, и теперь туда никто не ходит. Слишком близко к зоне заражения.

– Могли остаться улики. Зацепки.