Волшебный дом

Жилистая шея, огромные руки и выпуклая грудь говорили о физической силе вошедшего. Но бледное от страха лицо, бегающие глаза и ноги, согнутые в коленях, как будто их хозяин брёл по песку или глубокой грязи, смазывали это впечатление. Огромный плоский рот разрезал физиономию палача от уха до уха и делал его похожим на мерзкое земноводное, но не человека. Горожане прозвали палача «жаба-людоед» за этот уродливый рот и мрачную службу, исполняемую при муниципалитете.

– Руди Шварц, палач города Бамберга! – объявил секретарь.

Крепыш низко поклонился присутствующим и руками стал мять подол рубахи. «Трус, – подумал князь. – Его самого надо повесить, чтобы не позорил власть епископа. А лучше – сжечь». Он стянул перчатку и протянул руку в сторону палача. Тот торопливо подошёл к креслу князя-епископа и поцеловал перстень, украшавший безымянный палец его преосвященства. Князь махнул кистью, словно отгонял назойливую муху. Палач попятился и остановился в центре зала.

– Глава магистрата передал мне вашу просьбу, майстер Шварц, – князь говорил дружелюбно, подчёркивая тем самым, что хочет помочь несчастному.

 – Объясните, что препятствует исполнению ваших обязанностей, и я постараюсь уладить это дело.

– Ваше преосвященство, – глухим и жирным голосом заговорил палач, – я осмелился просить временной отставки у городского Совета по одной единственной причине. За последний год количество казней возросло, и я не справляюсь с возложенными на меня обязанностями из-за внезапной слабости.

Стыдно сказать, но, видно, я устал и стал мучиться головными и сердечными болями. Я прошу уступить моей просьбе и дать мне отдохнуть. Небольшая передышка – это всё, что мне нужно.

– Сколько аутодафе проведено майстером Шварцем?

– С января по июль нынешнего года – 22 сожжения еретиков по приговору епископального суда, – доложил секретарь.

– Слышите, майстер Шварц? – князь повысил голос. – Что скажете?

– Всё верно, 22 смертных приговора. Вот этими самыми руками, – заторопился палач, – мною исполнена воля Святого престола и Римской церкви…

– Вы меня не поняли, майстер.

Количество меня не интересует. Вы исполняли приговоры епископального суда, так?

– Так, ваше преосвященство.

– И почему-то обратились с просьбой об отпуске к магистрату, а не ко мне, князю-епископу. Объясните, почему?

Палач испуганно глянул в сторону бургомистра, как бы ища поддержки. Но Ханс Мирт поглаживал свою лысину и молчал.