Месть психиатра

– Да, я помню, что ты против женитьбы…. Но нам так хорошо было вместе! Ведь правда? – девушка с надеждой смотрела в глаза Николаю.

– Ну, конечно, родная. Мне с тобой было очень хорошо. Сегодня жаркое у тебя просто изумительное. Оленька, ты – прелесть, – Николай взял девушку за руку и поцеловал её.

Эта ночь была их последней. Пылкие объятия, тела, слившиеся в порывах страсти не знающей стыда, горячие поцелуи, кажущиеся вечностью… А рано утром Николай собрался и потихонечку ушёл, стараясь не разбудить спящую, как казалось ему, Ольгу.

Но девушка не спала. Глазами, полными слёз, она проводила теперь уже бывшего возлюбленного и, понимая, что он потерян для неё навсегда, тихо прошептала: “Будь счастлив, любимый!”.

А Николай тем временем не спеша шёл к своей маршрутной остановке, чтобы поехать на работу. Город только-только просыпался. Начинали ходить трамваи, троллейбусы, всё больше людей спешили по своим делам. На душе у Николая было спокойно и радостно от возможности бесплатно побывать в Америке.

Расставание с Ольгой нисколечко не портило настроения.

Ни одну девушку, с которой он встречался, ему не приходилось добиваться. Он держался с ними до цинизма честно, напрямую говоря, что жениться не собирается. Столь откровенная его бесхитростность не отталкивала прекрасную половину человечества, а наоборот: они сами предлагали себя, готовые на любые отношения. Ни к одной из них он не привязывался и поскорее оставлял их, как только они заговаривали о свадьбе. Подобное случилось и с Олей.

Она стала строить планы совместной жизни, мечтала познакомить его с мамой, что только ускорило разрыв. То ли девушки попадались ему достаточно легкомысленные, то ли он в отношениях был добр с ними, но обид никто не держал, и расставания были лёгкими.

Сегодняшний день Николая вымотал основательно. Во-первых, было много вновь поступивших больных, в историях которых надо было разобраться и назначить лечение, во-вторых… было самым неприятным. Поход на кафедру и разговор с её заведующим, профессором, который прочитал ему на целых двадцать минут лекцию, о том, что он безвозвратно губит свой исследовательский талант, или что-то в этом роде.

Затем целый час Николай носился со всякого рода бумажками, оформляя свою поездку на конференцию. Одним словом, домой вернулся в семь вечера, уставший и злой. Дверь по привычке открыл своим ключом, хотя знал, что мать дома, и может её напугать. В таких случаях он уже из прихожей сообщал ей, что пришёл.