Демон должен умереть

Старуха щелкнула пальцами.

Двери раскрылись.

Двое охранников втащили связанного Сэмюэля Горна. Лицо его было разбитым.

– По старому поверью, перенос проходит легче, если символы на этой плите покрыты кровью, – сказала старуха и протянула Кармине узкий кинжал с витиеватой гардой. – Перережь ему глотку, и проблема исчезнет сама собой.

Кармина отшатнулась.

– Эй, – дернулся Горн. – Мне обещали, что будет только нота протеста.

– Правильно обещали, – кивнула старуха. – Нотой протеста будет твоя отрезанная голова.

– Это объявление войны!

– Не льсти себе, мальчик. Ты даже не из побочной ветви. Седьмая вода на киселе. Из-за тебя войны не будет. – Старуха снова повернулась к Кармине: – Ну? Возьми клинок!

– Нет.

– Тупая шлюха. Даже хуже шлюхи. Шлюха зарабатывает. А ты бесплатно разбазариваешь.

Она схватила Кармину за волосы, потянула вниз, заставляя встать на колени, и нагнула ее голову к плите.

Из едва заметного отверстия в камне выскользнул металлический обруч и защелкнулся вокруг шеи.

Кармина взвизгнула и попыталась освободиться.

– Не ерепенься. Иначе придется и конечности зафиксировать, – старуха пнула ее по ноге. – Ляжки раздвинь. Шире. Если не хочешь орать от боли.

Она задрала Кармине платье, оголив ягодицы.

– Надеюсь, это твоя любимая поза. Расслабь мышцы. – Старуха сунула руку ей между ног, нащупывая вход в вагину. – О, да ты уже течешь, сука. Прекрасно, а то я думала смазка понадобится. Надеюсь, это твои, а не то, что этот хмырь в тебе оставил. Впрочем, неважно.

Старуха толчками проталкивала руку внутрь, сперва два пальца, потом три, пять, всю ладонь. Кармина глухо вскрикивала при каждом толчке.

– Теперь-то ты понимаешь, зачем понадобилось весь последний год разрабатывать твою щель? И зачем понадобился елдак толщиной с мою руку? Если бы не это, визжала бы ты сейчас как свинья, а я бы дальше ладони не продвинулась. А ты, наверное, решила, что бабка со своей нимфоманией совсем сбрендила? Увы, милочка, таков наш способ переноса. Мы не изгои, чтобы по воздуху переносится.

Мы это можем делать только изнутри. И чем глубже, – еще толчок, и сухая в коричневых пятнах рука исчезла почти по локоть, – тем лучше.

Кармина тихонько выла, роняя слюни.

– Да вы, Беллы, конченные извращенцы, – пробормотал Горн.

– Кто бы говорил, – обернулась старуха. – Рассказать способ, которым переносятся твои боссы?

– Наверное, не надо.

– Мудрое решение.

Старуха вдруг обмякла, опустив голову.

Рука затряслась.