Тайный агент

– Чёрт! Смотрите, фотография на паспорте отклеилась, а под ней совсем другая. Вот новость. …Час от часу не легче! Отец Виктор, а вот этого парня знаете? – Лёня протянул священнику паспорт с новой фотографией.

– Нет, …точно нет. Что в мире творится?! – отец Виктор возвратил паспорт, – Лёня, сынок, выходит, – они сообщники, тот парнишка преступнику всё и рассказал… А вдруг преступник его потом и убил, а крестик забрал, и себя за него стал выдавать.

– Скорее всего, так оно и было. Отец Виктор, что делать?

– В полицию надо сообщить.

– А что я им скажу? Позор…. Вёл себя в полиции, как мальчишка. Винить некого. Сам уговорил отпустить. Мне тогда подполковник так и сказал: в случае чего, пеняйте на себя. …. Парень по паспорту из деревни Сосенки. Адрес есть. Что интересно, тот парень, которого я оперировал, про паспорт знал. Возможно, они даже и подельники….

Лёня решительно сказал:

– Я сам в деревню Сосенки съезжу. Расспрошу участкового, покажу и паспорт, и эту фотографию, которая отклеилась.

– Даже не знаю, откуда они взялись. В церкви на полу подобрал, когда батюшку твоего убили. Может, преступник обронил.

Лёня взял в руки буклеты и стал рассматривать.

– Это реклама ПТУ, что в городе Лесной. Этот город недалеко от Сосенок. Вы знаете что-нибудь про это училище?

– Нет, впервые слышу. Пойду я, сынок, время позднее. Ты не возражаешь, что я пока у тебя и живу, и сплю?

– Ну что вы говорите, отец Виктор! Я только рад.

В эту ночь Лёня не сомкнул глаз, хотя был уставшим. Он лежал на кровати с открытыми глазами и в который раз мысленно прокручивал и допрос у подполковника, и поведение того паренька, пытаясь понять смысл произошедшего.

Зачем надо было убивать отца, кому он мог помешать? И кто вообще эти два паренька, и что им нужно было в церкви?

Ещё ему было стыдно за свою наивность, которая так ужасно и позорно подставила его в кабинете подполковника.

Какого чёрта влез, кто тебя просил? Ты что, спец в сыске? Чего полез советовать?“Отпустите, товарищ подполковник!”

На лице Лёне отразилось, такое же просящее выражение лица, которое было в кабинете у подполковника.

Тьфу ты, позор! Слюнтяй! Жалко ему, видите ли, стало! Что теперь скажешь? Помог сбежать бандюге, который теперь, как анекдот, рассказывает этот случай своим подельникам.