Предательство. Последние дни 2011 года

Вспоминали разные случаи – серьезные и смешные, забавные и грустные, но неожиданно всплыла одна история.

– Помнишь, Сергей, был полковник, он возглавлял криминальную милицию?

– Помню. Еще его племянница у нас в университете училась. Наглая была девица. Небольшого роста, худенькая, тихая, но начиналась сессия, и она всех терроризировала, выжимая оценки. Сколько раз приходили сотрудники милиции по поручению дяди, чтобы ей поставили повышенные оценки.

– Приходили с просьбой? – поинтересовался Николай Васильевич.

– Ты когда видел или слышал, чтобы они приходили с просьбой? Наглые сотрудники угрожали всевозможными проверками, другие приходили с четко определенными требованиями и сроками их исполнения. Обычно это все происходило на уровне деканата, только два раза мне пришлось вмешиваться.

– Вот почему он на тебя зуб имел, – понял Николай Васильевич.

– Не думаю, – усомнился Сергей Георгиевич, – мы встречались пару раз, вроде все было нормально.

– Ты так думаешь? Я тебе не говорил, чтобы не расстраивать.

Он пару раз подымал вопрос, чтобы я подсунул тебе взятку.

– С чего это?

– Громкое дело, шум, продвижение по служебной лестнице. Непокорных в системе не любят, – сделал вывод Николай Васильевич.

Сергей Георгиевич ничего не сказал. Он давно понял, что, будучи ректором, он не вписывался в существующую систему высшего образования. Никого не интересовали его потуги по развитию науки среди студентов, усилению роли студентов в жизни университета, воспитанию свободных личностей.

Дух свободы, необходимый для науки, был опасен для чиновников министерства – в этом случае необходимо было быть профессионалом своего дела, уметь отстаивать свое мнение. Система, построенная на основе безрассудного выполнения приказов начальства, не создает передовую научную среду. Она создает серую массу псевдонаучных сотрудников, в которой легко растворяются чиновники, имеющие скромные знания и скромные профессиональные навыки. Серое хорошо растворяется в сером, создавая серую гармонию, подумал Сергей Георгиевич.

Они еще долго сидели за столом, предаваясь воспоминаниям, рассуждая о политике, мировом финансовом кризисе. Николай Васильевич всегда был уверен, что Китай будет великой державой:

– У Китая есть цель – стать первой державой мира. Все делается для этого. Посмотри, что делается с кредитами. В России очень высокие ставки, плюс скрытые откаты. На такие деньги бизнес не построишь.