Чревовещания души. Восемь пьес для театролюбивых интеллектуалов

А к утру ртуть в термометре опустилась еще ниже, и милый лягушатник презентовал мне свою тяжеловесную дубленку с хилого буржуинского плеча… Потом стало еще холоднее, и твой надоеда достал меня так, что мне ничего не оставалось делать, как скинуть его с балкона…

ЛАРИСА: Но у нас тринадцатый этаж!

БЕС-ИСКУСИТЕЛЬ: Не до суеверий, дорогая… (встает и, подойдя к женщине, говорит, выпуская дым в лицо) Лучше, давай, поговорим о деле, ради которого я проделал огромный путь, прежде чем появится на твоем балконе.

ЛАРИСА: Но вы не ответили мне, кто вы?

БЕС-ИСКУСИТЕЛЬ: Хорошо повторюсь, после того зверского обращения с тобой твоего черномазого визитера – у тебя не должны даже возникать подобные вопросы…

ЛАРИСА: Вы – дьявол, пришедший за моей грешной душонкой?

БЕС-ИСКУСИТЕЛЬ: (улыбнувшись) Почему сразу дьявол? Скажем проще – просто посланник…

ЛАРИСА: От кого, откуда и для решения каких вопросов?

БЕС-ИСКУСИТЕЛЬ: Пятьсот второе китайское предупреждение… Еще пару сотен предупреждений и…

ЛАРИСА: Извините, но я все-таки женщина и ни люблю недоговорок и невразумительности…

БЕС-ИСКУСИТЕЛЬ: О да, в этом ты права, прости старого кривоного беса, за столь грубое обращение с такой благовоспитанной особой…

ЛАРИСА: Так вы – бес?

БЕС-ИСКУСИТЕЛЬ: А почему бы нет…

ЛАРИСА: И вам не противно этим заниматься…

БЕС-ИСКУСИТЕЛЬ: А почему мне должно быть противно? Должен же кто-то делать «черную» работу.

Ведь кто-то убирает собачье дерьмо с улиц, кто-то ковыряется в дерьме, пытаясь отыскать в нем яйца-глист. А я копаюсь в дерьмовых душонках, пытаясь обнаружить, хоть что-то хорошее… Да и потом мне за это хорошо платят, в отличии от ваших дворников и лаборантов.

ЛАРИСА: Никогда бы не подумала, что быть чертом или ангелом – это работа и за эту «работу» платят какое-то вознаграждение… А какое, если не секрет?

БЕС-ИСКУСИТЕЛЬ: Нет, наверное, правду говорят, что женщина и в аду остается женщиной!

ЛАРИСА: Что вы имеете в виду?

БЕС-ИСКУСИТЕЛЬ: А то, что тебе давно пора в ноженьки упасть, да во всех содеянных тобою грехах каяться, а ты еще берешься рассуждать на недозволенные человеку темы… Вот оно женское природное любопытство и отсутствие всякой логики в поведении.

ЛАРИСА: Я может быть и готова покаяться, но… есть ли у вас, всемилостивый бес, какие-никакие подтверждения-доказательства ваших слов. Как я могу вам поверить, что вы – истинный посланник, а не какой-нибудь злодей, коий с помощью элементарного надувательства хочет заполучить от меня?..