HumorНём, или Подурачимся. Бичуемъ смѣхомъ пороки, съ кими нѣсть лезно ратитися

О, горьковато-нежный пива вкус,

ты мне приятней девичьих лобзаний,

предмет любви и сладостных мечтаний,

разящей тьмы стремительный укус.

Когда бы нам забот не знавший Бог

не ниспослал забвения напиток,

была бы жизнь смешеньем сна и пыток,

её б нам был невыносим оброк.

Прильнем устами к пенящейся кружке,

она верней подвыпившей подружки.

II

Когда на землю снизошла печаль

по прожитому лету. Появилась

толпища баб, и нетерпения печать

на лицах их усталых проявилась.

Они галдели – кончилась весна,

и лето незаметно пролетело,

а им, бедняжкам, было не до сна,

а мужикам их было не до тела.

Что осени печальная пора?

Когда ещё к стогам на сеновале

с дружками не протоптана тропа,

и юбок ни одной там не порвали…

А где же мужики, а как, а с кем?

С бутылкой обнимались в кабаке…

III

Вчера всю ночь природа веселилась,

и со стола заоблачного на…

…живительною влагою струилась

смесь горьких слёз, и пота, и вина.

И в сей ночи, подначитавшись плотно

стихов пьянящих, заплутал чудак…

Зарёванный, облёванный и потный

домой он притащился кое-как.

А там ждала его мечтаний дева,

что прозно нарекается женой.

И во дворце, подобьем жалком хлева,

его стучали о главу стеной.

Когда, как хмель, развеялись стихи,

сей муж родил два звука «ха» и «хи»!

IV

Струной звенит извилина в пустой,

как стадион в ненастье, голове…

Плывет диван по сморщенной Неве,

на нём дев?ца килограмм на сто

сидит себе, поёт и ловит рыб,

к лодыжке голой привязав лесу.

Дождём прорвался на седьмом часу

чумазой тучи язвенный нарыв.

Всё затянуло липкой пеленой —

и девицу, и реку, и диван…

О, чёрт, вчера я вроде был не пьян,

с чего ж звенит извилина струной?

Настал сентябрь… Осеннее похмелье

спешит на смену летнему веселью.

V

У парадной тёмной и сырой

крыса очень грустная сидела,

на прохожих жалобно глядела

и трясла облезлой головой.

Но прохожий люд к страданьям глух…

Вскоре, преогромнейший мужище

пнул её немытым сапожищем —

и бедняжка испустила дух.

Как ужасна драмы сей короткость —

длилось всё каких-то полчаса.

И изображения сверхчёткость,

набежав, на нет свела слеза.