Шаги в глубину

Стоит и ржет – сам себе клоун, да и я хороша: сколько на этот дебилизм попадаться буду, а? Нет, ну какой гад, и в очереди уже подхихикивают – тоже мне, верх остроумия услышали.

«Я в отпуске».

Кулаком – под дых. Нежно, чтобы не отбить ничего лишнего. Убрать голову, потому что он сейчас отмахнется вслепую. И – стопой в голень.

Очередь позади сочилась космическим молчанием, ровно горели мягкие лампы, на полу исходил руганью идиот, а я шла прочь с отчетливым ощущением, что на самом деле избили меня.

Я, глупая, пыталась распрощаться с системой, выпятила свой характер и получила по мордасам. Все, могу быть свободна. Очень уж не хотелось признавать: я перегорела, – но что поделать.

На своем «Тиморифоре» я уделаю любого из этих крысенышей, распечаткой моего списка благодарностей можно обклеить уборную, и на кухню тоже останется. Я дерусь, стреляю и хамлю, как два десантника сразу, но вот сейчас я дала в морду и ушла с четким ощущением, что получила.

«Ты перегорела, Алекса».

«Ты самая лучшая, доченька».

Улавливаете иронию? Все горят, все, но этого не понял даже Франциск, даже он решил, что меня надо упаковать под надзор и просто услать в отпуск. Мечта и рекреация: загорать до струпьев, кувыркаться со случайным знакомым, кататься на яхте, придерживая рукой огромную стильную шляпу.

Кстати, надо купить себе такую, и чтобы непременно белую.

Я подняла взгляд: слева серые ворота ангара – огромные, с сигнальными огнями, которые мерцают, когда расходятся створки, и всегда отрывисто гремит сирена: «Бам! Бам! Бам! Бам!» И стоило мне сосредоточиться на этом самом звуке, как я его услышала.

Ну, конечно, не удержалась.

Ворота расходились, ворота предупреждали, что впереди, за шлюзовыми трубами к кораблям – только тонкая пленка силового поля, а дальше – сразу космос. Ангар освещали скупо, его часто продували аргоном, и здесь царил образцовый порядок, даже мусор перед утилизацией складывали кучками.

Я сделала несколько шагов и принюхалась: для меня вылеты пахли именно этим помещением – органическими контейнерами со сверхтопливом, оружейным маслом, сваркой и озоном. Корабль, от рубки до реактора, не пахнет ничем, ну, то есть пахнет – но только тобой, а свой запах слишком привычен.

Сингл-класс – это такое обонятельное одиночество, столь же наполненное, как и вакуум.