Один из рода

В любом случае, кровь Телемия влилась в род Суритьон, и хотя без обряда Пробуждения крови эффекты этого вливания ничтожны, тем более что это было достаточно давно, но временами проявляются. А родовая способность Телемия, как известно, соблазн. Вернее, способность вызывать любовь… Хм-м. Плюс новые приятные ощущения, испытанные у нас во дворце в моём обществе, плюс спасение от смерти… В принципе, это возможно.

Но вот меня это совсем не радует. «В тебя влюбилась красивая девушка из знатного рода…» Это очень скверно.

Между нашими родами слишком большая разница в статусе, чтобы допустить какие-то длительные отношения; графиня Рагни этого не позволит, поскольку сочтёт это методом влияния… правильно сочтёт, кстати. Даже если бы я сам был искренне влюблён, матери такой возможности не упустят. Итог – от агента влияния, то есть от меня, избавятся. Убить Суритьона несколько сложнее, чем большинство людей, но вполне возможно при желании…

Хотя, возможно, я поторопился с выводами.

Сперва нужно поговорить с Алисой.

– Честно говоря, не ожидал, что мы снова увидимся, – улыбнулся я, поддерживая тон «друзья детства».

– Я всегда о тебе вспоминала… – пробормотала она и покраснела. – Но я сделаю всё, чтобы мы снова были вместе!

Последние слова прозвучали решительно. Тяжёлый случай… Похоже, дело даже хуже, чем я предположил. Сам не справлюсь, придётся советоваться с матерями… или нет?..

При всём моём сыновнем почтении, они могут счесть, что выигрыш от возможной комбинации стоит моей жизни.

С другой стороны, они могли направить меня к Алисе, поскольку уже знают об её отношении… Сложная ситуация, крайне сложная. Интересы моего рода, интересы рода Рагни, личные интересы наследницы… И я в центре этого всего.

Узнают матери – попытаются использовать; зря рисковать не станут, но убрать меня из-под удара будет крайне сложно. Узнает графиня Рагни – попытается любым способом разорвать отношения. Сама Алиса тоже достаточно сильна, чтобы устроить… нечто неожиданное.

Уф-ф… Мне необходима информация.

Чем больше я беседовал с Алисой, тем сложнее мне становилось поддерживать лицо; моё самообладание трещало по швам. Определённо, я стал для неё своеобразной психологической отдушиной, и со мной в психике девушки ассоциировалось большинство, если не все, положительных эмоций. Это можно было даже назвать одержимостью… Хуже некуда. И как только учителя и воспитатели это проглядели?..