Линда

Было бы не плохо извиниться за потраченное время как минимум.

– Спасибо за уделённое время, – Филипп бросил неодобрительный взгляд и вышел из помещения.

Едва тот оказался за дверью, конвоир от души рассмеялся и сказал:

– Правильно, пусть не зарывается.

Максим не стал говорить, что извинения за весь полицейский департамент может принести кто-то другой. Накатила дикая усталость, голова болела, и желание острить улетучилось. Через минуту вернулся Филипп с электронной картой. Вручив её бывшему подозреваемому, он сел за стол и сказал:

– Там за дверьми тебя ждет офицер, он проведёт к выходу.

Удачи.

– До свидания! – Максим мелкими шагами двигался к выходу. – Желаю вам найти преступника или то, что от него осталось.

– Всего хорошего, – дежурно пожелала Тара, глядя, впрочем, не на Максима, а по-прежнему в монитор ноутбука.

Полицейский действительно стоял за дверьми комнаты. Указав рукой направление к лифту, он молча двинулся вперед. Максим последовал за ним. На удивление, усталость исчезла сама собой, стоило покинуть помещение для допросов.

Было в его стенах что-то давящее и высасывающее силы. Полиция могла себе позволить «средство дознания Т-14», но заменить обшарпанный стол, покрасить стены и повесить маленький диодный светильник вместо висящей на проводе лампочки она почему-то не могла. Не похоже на совпадение. Такие лампочки, наверное, и производят только для ретро-кафе и для комнат дознания. Неудивительно, что оба этих места навевают тоску и отчаяние.

Максим обратил внимание на двери, которые они миновали. Номер Н37-12.

«Тридцать седьмой подземный этаж, комната 12, – констатировал он мысленно. – Что же может находиться этажами выше? Это же целый подземный небоскреб! А что самое любопытное, на поверхности всего-то десять этажей».

Он шёл и невольно запоминал всё, что видел в этом месте. Пол из литого полированного бетона. Бесшовные гладкие стены отпечатались. Заметив глубокие царапины на некоторых из них, Максим задался вопросом:

«Это чем их можно было повредить?».

Сейсмо и взрывоустойчивый бетон, изобретённый в 2042-м году, по твёрдости не уступал алмазу, если верить создателю. Для строительства административных зданий применялся только такой. В общем, либо изобретатель преувеличил, либо при строительстве деньги своровали. Последнее было не редкостью во все времена.

Лифт ехал около минуты, и за это время Максим успел рассмотреть полицейского.