Линда

Из обрывков фраз, долетевших до Максима, было понятно, что все ругают погоду. Ему вспомнилось выражение, дошедшее из далекого прошлого:

«Смысл жизни состоит не в том, чтобы переждать ненастье, а в том, чтобы научиться танцевать под дождем».

«Бред какой-то», – Максим поморщился от невзначай промелькнувшей мысли.

Даже ходить по городу во время дождя было для него сомнительным удовольствием, не то, что танцевать.

«Вы бы ещё сказали, что у природы нет плохой погоды», – он усмехнулся, вспомнив другое выражение.

Его лёгкая куртка, едва подсохшая в метро, снова намокла. С капюшона то и дело капала вода. Хотелось поскорее оказаться дома, одеться в сухое и съесть что-нибудь вкусное под что-то согревающее. С последним были проблемы, и Максим зашёл в магазин, расположенный на одном из перекрестков.

На входе он столкнулся со странным мужчиной лет сорока, одетым не по погоде тепло. Его серая зимняя куртка промокла почти насквозь, как и волосы на голове. Незнакомец смотрел в одну точку и то ли разговаривал по гарнитуре, то ли молился, бормоча себе что-то под нос.

Максим на всякий случай решил его не беспокоить и вошёл с соседнего входа.

Первым делом он посетил алкогольный отдел, где товар отпускался только третьей касте и в ограниченном количестве второй. Предупреждение об этом висело на самом видном месте. Осмотрев водочные полки и выбрав бутылку по акционной цене, Максим двинулся дальше. На удачу завернул в генно-моделирующий отдел, посмотреть, нет ли каких скидок. Не обнаружив их, он решил пройтись по остальным отделам, по большей части, чтобы удовлетворить любопытство.

До закрытия магазина оставалось ещё минут двадцать, так что, время в запасе было. Максим переходил из одного ряда в другой, прицениваясь. Решив, что такого сочетания ещё не пробовал, он взял к водке дешёвую связку бананов и направился к кассам. Очередь была видна издалека. Максим уже приготовился простоять в ней до закрытия, как внезапно прогремел мощный взрыв.

Он тут же рухнул на пол, прикрывая голову. Уши заболели, послышался тонкий противный писк.

Взрывная волна опрокинула ближайшие стеллажи и толкнула дальние так, что Максима засыпало пачками чая, печеньем и пакетиками с леденцами. Он судорожно хватал ртом воздух, кашляя, когда в лёгкие попадала бетонная пыль. Сердце колотилось, как у напуганного кролика. Пахло кровью, гарью и водкой – разбилась выроненная им бутылка.

Отдышавшись, Максим с трудом встал на ноги и осмотрелся. Окна в районе касс были разбиты вдребезги.