Возвращение к истокам

Посреди нее находилось несколько больших, по пояс, пней, возле которых возился Радик. Алексей заметил, что последний отрезок пути их сопровождал гул пчел, которые строгими линиями, словно воздушным коридором, летели на поляну.

– Жаль, тихо подойти не получится, – усмехнулся Славимудр. – Тогда бы ты увидел, как Ратибор общается с пчелами.

– А почему не получится? – не понял Алексей.

– Ты заметил, сколько пчел пролетает над нами? Каждая из них несет в свой улей информацию обо всем, с чем столкнулась в полете, и о нас – в том числе.

Эта информация попадает к матке, а уж она реагирует на нее тем или иным способом. Сейчас, я думаю, матка уже рассказала о нас Ратибору. У них любовь.

Алексей и Славимудр уже вышли на поляну, а последние слова хозяин специально произнес чуть ли не громогласно, так что Ратибор только повернулся к ним лицом, держа на ладони крупную пчелу:

– Конечно, любовь, а как же иначе!? Я от всего сердца дарю королеве подарки, она тоже одаривает меня. Разве это плохо?

– Чем одаривает? – спросил Алексей.

– Медком, вестимо, да воском. А еще теплотой и лаской. Я же, в свою очередь, гостинец приношу всякий раз. Давеча вот нектар цвета папоротника подарил, а сейчас – споры глубинного мака с Европы. Это спутник такой у Юпитера. Он весь покрыт льдом, а под ним – живой океан. Водица теплая, почти как у нас. Живность там какая-никакая есть, а еще растения. Будет возможность, покажу.

Алексей смотрел на Радика, раскрыв рот и не понимая, смеются над ним или говорят всерьез.

Славимудр понял его состояние, поэтому сказал, обращаясь к Ратибору:

– Давай, заканчивай свидание. Мы на Лебедином мысе будем, ужинать пора.

– Добро.

Они оставили Радика наедине со своей пассией, а сами уже через десять минут вышли на берег острова. Алексей понял, почему этот небольшой мысок был назван Лебединым. Здесь и вправду плавало несколько десятков пар лебедей, черных и белых. Они плыли степенно, гордо, иногда пары встречались, и птицы церемонно раскланивались, чтобы через несколько минут повторить церемонию уже с другой парой.

Все это больше походило на балет. Алексей впервые видел такое поведение гордых птиц.

– Ты как себя чувствуешь? – спросил Славимудр как-то невпопад.

Алексей оторвался от созерцания шоу и только сейчас вспомнил о ране. Она уже не болела, только немного чесалась, словно заживала. Слабость ушла окончательно, головокружение исчезло.

– Вот и хорошо, – обрадовался Славимудр. – Тогда на тебе костер.