Путешествие по жизни

Помчался в часть, комбат был не против рапорта на отпуск, хоть по графику я был на окончание лета в списке. Вечером следующего дня заходит Саня Душин и говорит тихо: «Позвонили по телефону, бабушки нет больше». Ужас сковал мысли и чувства, я отказывался понимать происходящее. Купил талон на связь с посёлком – связи не было. Позвонил лишь в день похорон. Тёте Тане сказал, что не смог прибыть вовремя… Убыл в отпуск лишь 30 мая, день рождения встретил в поезде. В купе были кроме меня приятная дама и её сын. Она отказывалась от конфет, я ей сказал, что день рождения у меня.

Утром 1 июня вышел в Сковородино, тепло попрощавшись с попутчиками. Дома были родители, Сашки не было, и Снежка меня не узнала, заплакав, как увидела. Дня через два привыкла.

Как Сашок прибыл, поехали к деду. После случившегося дед сильно сдал, ведь прожили ВМЕСТЕ с бабулей более 40 лет. Я также не мог свыкнуться с этой трагедией… Очень много дней и ночей до призыва на службу, всё детство я проводил у стариков.

Время шло, встретился с Лёхой Соболевым, к тому времени он был уволен в запас.

Вина выпили. Он в ментовку собирался идти, устроился и вроде как стал прапорщиком. Встречался с соседями и с «Поросёнком». Горестно и тягостно было в этом безрадостном отпуске, все домашние дела легли на меня. Несколько раз за ягодой в лес сходил.

Два раза пьянствовали у Игоря. Саня Захарченко приходил, Дубровский Игорь, Головачёв Серёга мимоходом, ещё кто-то. «Батарея Смерти» приличная собралась, тёте Вере по приезду это не понравилось, и с Игорем была проведена воспитательная работа.

Все яйца куриные из холодильника ушли на закуску.

Один раз с Диманом Евсеевым[18 - Димона не стало зимой 2019/2020.] напились, Саня был – мой меньшой и ещё кто-то. Помню, после пьянок не мог на спиртное без отвращения смотреть – опыт пришёл с годами. Но тогда, в середине 90-х, я практически не употреблял алкоголь.

Наступило время отъезда, убыл 10 июля. Попутчиком в купе был подполковник-артиллерист, переведённый из Средней Азии в наш КДВО.

Служил в Таджикистане, оружие «юрчикам» передавал. В этой гражданской войне, пик которой пришёлся на начало – середину 90-х годов, без российской военной помощи Рахмонову («Рахмону») было бы не выжить. Наши и оружие передавали, и учили им пользоваться и применять по назначению. Позже служил офицер в Узбекистане, в их национальной армии. Армией назвать этот сброд можно было лишь с большой натяжкой. «Захожу, говорит, в казарму, бойцы гоняют без носков.