Хроники московских некромантов

 – Девчонка протянула руку: – Так мы попробуем сработаться?

– Седьмая бригада, на вызов!

– Попробуем, – Серёга быстро пожал узкую ладонь напарницы. – Ну, чего стоим? Арбайтен!

***

Все оказалось лучше, чем Серёге представлялось. За несколько дежурств он присмотрелся к мелкой засранке, доставшейся в напарницы. Оказалась нормальная девка, неплохо соображающая и с руками из нужного места. Косячила в меру – не больше, чем он сам по молодости, – вопросы задавала по делу и по делу же огрызалась, если случалось ему перегнуть.

Надо было оставить Надьку в машине. Чуял же, что-то не так с этим «плохо с сердцем, жен. 50 лет». Но когда защелкнулся дверной замок, стало поздно. Никакой «жен. 50 лет» в квартире не обнаружилось. Зато был утырок не старше тридцати, весьма характерного вида и с ножом в руке.

– Доставай, – потребовал без лишних прелюдий.

– Что доставать? – Серёга медленно задвинул Надю за спину, нащупал в кармане кнопку.

– Сам знаешь! – нож в руке подрагивал, но только слегка. Ударить сумеет, сучара. – Лекарство доставай, плохо мне!

Это только в кино бравый скоропомощник выбивает нож из руки злодея и руку эту ломает. А тут – прихожая узкая, особо не увернешься, и девчонка сзади. Ладно он, Бирюк, но если ее зацепит…

– Так не выдают, – смотреть в глаза, не на нож. – Мы ж линейная бригада, наркота только у спецов.

– Не пизди! – урка двинулся вперед. – Все у тебя есть! Слышь, ты не понял?! Ломает меня, я щас что хочешь могу сделать…

Надька! Серёгу прошиб холодный пот. Эта дура как-то умудрилась просочиться между ним и стеной, а как оказалась за спиной у машущего ножом урода – вообще непонятно. Положила два пальца на дельту справа и негромко сказала:

– Брось.

Наркот вздрогнул всем телом, но руку с плеча не стряхнул. Вытаращив глаза, хватал ртом воздух.

– Брось. – У девчонки побелело лицо, зрачки расплылись так, что глаза сравнялись по цвету, стали черными. – Или будет еще больнее.

Нож выпал из разом ослабевших пальцев, стукнулся о линолеум, и стук вывел Бирюка из ступора.

– Млять! Надька, ты…

– Минуту, Сергей Юрьевич, – в голосе едва улавливалось напряжение. – Еще минуту.

Наркот, мелко трясясь, грохнулся на колени.