Проект «Пламенное зарево»

Иначе ты убьешь человека, который там находится.

Сердце пропустило удар. По телу прошелся табун мурашек. И, нервно сглотнув, Джеймс все же зашел внутрь, закрывая за собой массивную дверь. Достал из кармана халата помятый листок, скользнул глазами по первой строчке, на которой был написан номер нужного модуля, после чего поднял взгляд обратно к «Центру обработки». Проследил за движениями напарника, который ловко вынимал диски, осматривал те и следом скрупулезно проверял провода знакомым прибором.

Это был первый день Джеймса.

Нельзя было облажаться.

– Мой брат, – вдруг снова отозвался напарник. – Он один из солдат.

– Тех, которые…

– Да. Уже полгода прошло. Не знаю, сколько он еще продержится. Единственное, что я могу для него сделать – держать эти модули в лучшем состоянии и проверять каждый чертов раз. Как мы вообще пришли к такой жизни.

– Технологический бум, – осторожно произнес Джеймс.

– Да-да, конечно, – напарник задвинул диск в пустой отсек и повернулся к парню, – а ты сам веришь в это? Думаешь, что только из-за этого мы сейчас в такой заднице находимся? Скажи спасибо этим технологиям, что мы еще можем протянуть свой остаток лет.

А что дальше? Вся надежда только на этих солдат, которые мрут, как мухи. Мозг попросту не выдерживает. Брат мне рассказывал, как себя чувствует, когда покидает пределы капсулы.

Джеймс молчал. Только слушал. Чувствовал, как сердце отдается болью в груди, вызывая в голове неприятные воспоминания. Пожар. Сгоревший в собственной же капсуле человек, который был ему родным отцом.

Он был первым испытателем.

С момента всеобщего упадка все поменялось: загазованность, черной туманностью летающая вокруг города, возможность ходить между мирами через виртуальность и, что звучало сущим бредом для всех скептиков – доставать материальные предметы оттуда. Это и стало причиной появления такого подразделения, как «солдаты». Они буквально борются за жизнь оставшегося населения, пытаясь достать то, что помогло бы выжить.

И пару раз подобное получалось, но этих предметов было недостаточно. Их прозвали «частицей времени». Из них можно было синтезировать лекарства, безупречные в своей работе чипы для искусственного интеллекта или для вычислительных модулей. Появился даже свой проект, формула которого еще не закончена. Однако для его реализации «частиц времени» потребуется слишком большое количество, отчего длительность каждого сеанса в виртуальности повысилась.