Цену жизни спроси у смерти

Цену жизни спроси у смерти

Сергей Георгиевич Донской

Майор ФСБ Олег Громов

Сотрудник Центробанка Аркадий Сурин оказался самым настоящим компьютерным гением. Зарубежный кредит для России на сумму более миллиарда долларов он сумел ловко переправить на свое имя в иностранные банки, а сам сбежал, изменив себе внешность. Вычислить новоявленного миллиардера необходимо для безопасности государства. Тут, можно сказать, дело политическое. Поэтому и поручают его майору ФСБ Громову.

Только этот опытный и бескомпромиссный офицер сможет решить такую проблему – при случае своротит голову кому угодно, горы опрокинет, чтобы добиться победы. Но нашему Джеймсу Бонду дело предстоит нешуточное. Миллиардом заинтересовались бандиты. А среди них – бывший коллега Громова из ФСБ…

Сергей Донской

Цену жизни спроси у смерти

«И когда гром небесный грянет, да не будет в сердцах ваших страха, ибо убоявшийся уже виновен, а чистый душой чист перед небесами».

    Пс. 150, 7

Глава 1

У каждого свой улов

Море, едва тронутое первыми лучами утреннего солнца, окрасилось в серо-розовые пастельные тона. Гладь воды была совершенно безмятежной и сливалась на горизонте с таким же небом. Древним путешественникам это море однажды привиделось настолько грозным, что они назвали его Черным. Наверное, потом не раз жалели об этом, да было поздно.

Так часто бывает: сделаешь, а потом жалеешь.

Здесь, на окраине Сочи, море выглядело совершенно чистым и прозрачным. Не верилось, что оно умеет бушевать не хуже любого океана. Каждый камешек на дне отчетливо просматривался сквозь толщу воды. Стайки мелких рыбешек сверкали, как россыпи серебристых монет, которые кто-то забавы ради пригоршнями швырял в море. Мелкие волны почти беззвучно облизывали кромку берега, набегали и откатывались назад с убаюкивающим шорохом.

Художник с длинной седой шевелюрой посмотрел на свой набросок и подумал, что море на рассвете надо писать не маслом, а прозрачной акварелью. Много лет подряд он приходил на этот берег, а додумался до такой простой вещи только сейчас. Ему стало стыдно за те картины, которые он уже продал, и захотелось поскорее написать новые.