Госпожа Клио. Заходящее солнце

Таким образом, получается, мы видим мир только таким, каким хотим его видеть, а остальное – есть наши сомнения в собственной вере…

– Это старая индейская мудрость? – спросил Женя.

– Это просто мудрость, – женщина улыбнулась (если, конечно, можно назвать улыбкой чуть дрогнувшие уголки губ).

Женя не был готов к продолжению беседы, и проблема заключалась не в тяжелой голове и похмельной сухости во рту, а в том, что он не способен апеллировать понятиями, которые в чужих устах кажутся абсолютными.

– Помогите мне выбраться отсюда, – попросил он.

– Откуда? – женщина подняла взгляд на картины.

…Блин!.. Почему она все время мыслит такими глобальными категориями?.. – это было первое, что пришло на ум, но тут же Женя подумал, что, возможно, и сам не знает, что конкретно имел в виду.

– Отсюда, – повторил он, предоставляя женщине право выбора его желаний.

– Хорошо. Вон дверь, через которую ты пришел. Через нее же ты можешь уйти.

– Спасибо, – уже поднявшись, Женя осознал, что не хочет уходить отсюда.

…Откуда, «отсюда»?.. Из этой комнаты?.. Чертова индейская философия сплошных недомолвок!.. – решив оставить размышления для более светлого сознания, он все-таки дошел до двери и повернув ручку, увидел кабинет Игоря, куда Вика приводила его во время экскурсии. Под дверью, ведущей вглубь «пристройки», виднелась полоска света.

– Я не знал, что дома сообщаются, – Женя обернулся, – извините, что потревожил.

– Дома сообщаются. Мы с Игорем так решили. На всякий случай. Только обычно он запирает дверь.

Наверное, сегодня она должна была остаться открыта, – женщина пошла прочь, даже не дождавшись, пока гость покинет ее территорию.

На цыпочках Женя пересек кабинет, приоткрыл следующую дверь и просунул голову в образовавшуюся щель. Ярким белым пятном бросилась в глаза разобранная постель, над которой, взбивая подушку, склонилась Таня. Она была в одних трусиках, тонкой ленточкой деливших пополам незагорелое тело.

– Тань… – позвал Женя шепотом. Но даже этот звук заставил ее вскрикнуть.

Она повернулась так резко, что плюхнулась на постель, прикрывая руками грудь. Однако испуг длился лишь доли секунды.

– Придурок! Алкаш несчастный!.. Мы весь дом обыскали! В каком чулане ты дрыхнул?!..

– Я не дрыхнул – я случайно зашел на ту половину.

– И что там? – на Танином лице проявился интерес – видимо, оправдание было принято.

– Сейчас я не могу сформулировать, но там все безумно необычно! Я пока сам не пойму.

– Ладно, потом расскажешь.