Противостояние: Первый раунд

Почему бы не развивать ту же Азию, Африку, Южную Америку? Там живет беднота, которая мало что производит, и ничего не потребляет. А если бы у них были деньги, это же какой рынок сбыта мог бы быть?! – воскликнул Макс – Африка, например, это 1,5 миллиарда потребителей, огромный рынок сбыта! Но нет, их держат в нищенском состоянии, просто выкачивая из них ресурсы. А кто их будет потреблять, если Европа и США вымрут, и «золотой миллиард» превратится в «золотой миллион»? В общем странно. Идея «всех убью один останусь» для капиталистического общества предельно глупая, больше потребителей равно больше денег.

– Кто мешает? – уточнил Фельштейн.

– Не знаю. Ищу, и не могу найти хоть какую-то силу, которой это было бы выгодно. Все эти байки про Тамплиеров, Мировое правительство, Рокфеллеров, Рептилоидов и прочие страшилки РенТВ я всерьез воспринимать не могу, но… я тогда не знаю. При этом, всем, кроме рептилоидов, это вроде бы и нафиг не нужно, по указанным выше причинам.

– Почему? – спросил профессор.

– Что почему? – тупо уставился на него Макс.

– Ну, почему не принять во внимание, что это может быть заговор инопланетян? – ответил проф.

– Ну хотя бы потому, что вас за такие идеи поперли из МГУ – ответил молодой ученый – или… – он в недоумении замолчат, глядя на профессора. Тот горько ухмылялся.

– А другое объяснение просто не вписывается ни в какие разумные рамки, – ответил проф.

– А это, значит разумное? – спросил Максим с иронией.

– По крайней мере, оно лучше, чем «мир сошел с ума», тебе не кажется? И заметь, ты пока что докопался далеко не до всех фактов. Или не все принял во внимание, пропустив их, как не очень важные.

– Это какие? – просил Максим.

– Ты новости давно смотрел? Например, про то, что происходит в Африке. Она же, по твоему мнению, выбивается из общей статистики?

– А причем здесь… – не понял Макс – Угроза войны в Египте, бойня в Ливии… вы про это? И вообще, я думал, вы не смотрите телевизор с тех пор, как вас отправили на пенсию, вам все заменило это – парень кивнул головой на пустые бутылки в углу комнаты.

Профессор не обиделся, и кивнул, соглашаясь.

– Почти. Иногда срабатывает старая привычка, и я включаю таки новости. Я все же социолог, и даже в похмельном угаре мозг что-то фиксирует и анализирует.