Куплю чужое лицо

Цивилизованную одежду я спрятал подальше от соленой воды и солнца – на случай визита делегаций на мой остров. Ведь я должен выглядеть подобающе своему сану!

День проходил в ожидании отлива, поедании склизких даров моря. Я, конечно, мог бы первобытным способом добыть огонь – палкой-крутилкой. Но было достаточно тепло, да к тому же пришлось бы сжигать в огне мои пальмы. А вот этого не хотелось. Достаточно было того, что я часами упражнялся в метании ножа – на всех стволах остались болезненные отметины. Я наловчился до пугающей виртуозности: за двадцать пять шагов попадал в десятисантиметровый круг.

В какой-то из дней меня посетила галлюцинация: к моему острову причалил катер. На нем было около двадцати женщин. В совершенно голом виде они высыпали на берег, а я стоял и смотрел. И только тогда, когда они окружили меня и стали кричать в ухо иностранные слова, кажется, на немецком, я понял, что это не бред и не кураж воспаленного сознания. Из их криков я понял, что я – Робинзон. Я смеялся вместе с ними, махал руками, прыгал в туземном танце, меня снимали на видео и фото.

Потом со мной в обнимку снялись три голые дамы. Я держал нож в зубах. После чего попросил кушать. Меня поняли и дали жвачку. Они сердечно, чисто с женской добротой ободряли меня, хлопали по плечу. Двадцать дам! Одна из них, намазав передо мной свой лобок какой-то мазью, минут через пять сняла все волоски – оголила! Я был потрясен. Другая барышня все это снимала на видео. Так они куражились надо мной, хохотали без удержу, катаясь по песку и плескаясь в волнах. Потом компания так же весело погрузилась, и один-единственный мужчина среди них, капитан-таец, отчалил. Это было чудовищно. Я побежал вслед за дамами, они же отталкивали меня веслом и, шлепая себя по загорелым попкам, кричали: «Робинзон, Робинзон!»

Я в бешенстве потрясал кулаками и подпрыгивал на берегу.

Ночью я вспоминал все свои грехи. Привиделась хреновина: бегу по волнам, натыкаюсь на минное поле – и возвращаюсь обратно.

Испытания и мучения не делают человека мудрее. Жара превращает его в тупое животное.

Я не обиделся на двадцать голых дам. Они искренне считали, что я – часть огромного красочного таиландского шоу. Мой лик, обросший и грязный, видно, был очень колоритен…

Вспомнилась вычитанная где-то история про московского бомжа, который, проникнув в чужую квартиру, заработал инфаркт миокарда. Он увидел с порога страшного звероподобного человека – и грохнулся в обморок.