Пастель для Галатеи

Потрудился бы слегка и вздремнул тяжко, да так, чтоб утром вовремя сбежать, чтоб не обнаружить себя в постели. И было бы всё нормально. Как обычно. Так нет. Четыре часа одиночества в Питере! Это пытка!

Скучный, притухший Марат постоял у магазина с зелёными ажурными решётками на витринных стёклах и вывеской «Новый букинист».

Как там у словарника Даля? «Букинист – торгаш старыми книгами. Хламовщик». Класс! Магазин надо было назвать «Новый хламовщик». А вот и отдел в нём оказался художественный. С красками.

О! То, что нужно. Для реставрации города.

Мелодично звякнул колокольчик над дверью. Звякнул ещё раз, и ещё. Настырный клиент развлекался, привлекал внимание сотрудниц. В магазин, наконец, вошёл бодрый, подтянутый, преображённый оптимистичным настроением бродячий фотограф.

– Хаэ! – поприветствовал он персонал магазина с высокого постамента ступеней.

Сегодня фотограф был при деньгах, потому должен был оставаться в ударе. Должен. Везёт, кто везёт и только ударным. Осмотрелся сам.

Показал себя. Все девчонки за прилавками, как на подбор: молоденькие, в кружевных лифчиках под тонкими прозрачными блузками, в синих, обтягивающих мини. Лайкровые коленки мерцали заголённые по невозможные бёдра. Всё в меру и то, что нужно. Теперь надо играть и выигрывать. На чужом поле. Новые букинисты плохих девчонок держать не будут.

Продавщицы вполне учтиво встретили ненужного посетителя, поднялись со стульев. Розовая толстуха разложила пышную грудь на кассовом аппарате, – ей больше других надо было.

Она одна не вписывалась крупными габаритами в общую стройность девичьего коллектива.

Марат поводил взглядом по стеллажам с книгами, по витринам с канцелярщиной, с тюбиками красок. Первой отметил прелести продавщицы Вики. Имя «Виктория» на высокой груди пластиковой карточкой бейджа позвало к штурму явно приступной крепости.

Вздёрнутый курносый носик в пунцовых щёчках, блеск чёрных серпов каре, упругий объём груди, прелестная тонкая талия для такой пышечки, ножки с круглыми коленками, с приятными округлостями бёдер.

Года двадцать три девушке, не больше. Всё прилично, всё подогнано, под сияющий прилавок магазина «новых». Букинистов.

Опытный волокита тут же развернул томительную, вялую разминку перед настоящей игрой, игрой на выдержку, на поле соперника, вернее, соперницы. Пока ещё соперницы. Марат близоруко склонился к прилавку, нахально полюбовался сквозь стекло стройными ножками девушки.