Мир Ванты Ху

В сознание звук поступал своеобразно, с легким скрипом, шелестом и эхом.

– Почему я ничего не запомнил? Ни одного эпизода!

В Сценаристе сопротивлялся разум нигилиста[30 - – от латин.nihil – «ничто» – философия, ставящая под сомнение, а в категоричной своей форме абсолютно отрицающая, общепринятые ценности, идеалы, нормы нравственности, культуры.] и человека способного принять любую фантазию, любое видение, миражи, фантомы, даже явления из «параллельного» мира. Скажем, выйди сейчас его собеседник сквозь пыльное стекло витрины кафе, исчезни, затем вернись постаревшим лет на десять – двадцать, обросший бородой, лохмами волос, этакий бродяга времени, Сценарист воспринял бы это необъяснимое действо без сильных эмоций.

Удивился бы, – да. Но без восторженной паники или истерики испуганного шизофреника.

Буровик, историк, замечательный рассказчик, Егор Плещеев оставался спокоен, рассудителен, внимателен, снова перешел на «вы», словно доктор-психолог испытывал пациента на вменяемость.

– Видения будут, время от времени, возвращаться в ваше сознание.

Может, во сне, может, наяву, – рассуждал Егор. – Возможно, они станут более внятными, осязаемыми. Возможно, – нет. Но вы к ним присматривайтесь, запоминайте, анализируйте. Старайтесь зафиксировать такие эпизоды «возврата» в своей памяти. В какие-либо неординарные, сложные моменты жизни эти видения подскажут вам правильный выход из той или иной ситуации, решение той или иной проблемы.

– Типа, перед автокатастрофой можно будет вспомнить видение, притормозить, оглянуться по сторонам и не врезаться в мажора – лихача, проскочившего перекресток на красный свет на бешеной скорости? – пошутил Сценарист.

– Типа, того. У меня подобные видения регулярно вспыхивают на мгновение в сознании, отдельными кадрами, пересвеченные мощным фотоблицем. Порой всё – равно не могу уловить сути эпизода и понять его предназначение. Последний год яркие эпизоды возникают довольно часто, но хаотично, обрывками. Не могу сосредоточиться, разобраться в последовательности событий.

Иногда эта мозговая круговерть, психическая атака наваждений сводит меня с ума. Начинаю нервничать, психовать, истерить. Затем, через час, через день, без видимых причин, успокаиваюсь. Писхоз отпускает. Настраиваюсь на философский лад… ожидания. Ах, да, – признался Егор шутливо и оптимистично. – И все же год жизни у меня сейчас идёт не последний. Года четыре мне должно быть еще отпущено. Надеюсь на это.

– Любопытно, – проворчал озадаченный Сценарист.