Мир Ванты Ху

– Слегка того… наша лучница, – пояснил Тропинин удивленному отцу Егорки, покрутил обрубком пальца у виска, но пояснил, по-доброму усмехаясь в пожелтевшие прокуренные усы:

– Не переживай. Всё обошлось. Похоже, лесные духи твоему сыночку посватали своих дочерей. Гордись, Артем, сыном! Евихон не каждому сватает…

– Перестань дурить, брат. Сумасшедших в роду хватает, – недовольно проворчал Плещеев.

Тропинин благодушно улыбнулся, крепко пожал руку брата на прощание.

– И тебе, мой друг, «Нови лох»[45 - – с хант.

 – «седая голова».], пора остепениться. Все пальцы медведю-то не скармливай. Оставь себе парочку, – пошутил Плещеев, кивнул на левую, почти беспалую руку охотника, без верхних фаланг четырех пальцев.

– Оставлю, – пообещал Тропинин. – Ложку-то держать по старости надо чем-то… Егорке скажи, к школе трехмачтовый корвет[46 - – корвет – трехмачтовый военный корабль XVII – XIX веков, с прямым парусным оснащением.] ему справлю. С тряпичными парусами! С бронзовыми пушками. Есть две втулочки на примете.

Глядишь, твой малой в мореходку подастся! Гардемарином[47 - – гардемарин – звание унтер-офицеров в Русском императорском флоте. В просторечии так до сих пор называют выпускников военно-морских училищ.] станет. Эх, мечта у меня была заветная в детстве…

– Археологом будет, – категорично прервал брата Артем. – Архивы свои передам. Места на историю у нас богатые. Пусть сокровища князя Бардака ищет.

– Археологом тоже можно. Передавай привет Бардаковке, – попросил Тропинин.

 – Стоит еще моя развалюха на бережку?

– Стоит. Сургут растет. Скоро твою Бардаковку похоронят.

– Да и пёс с ней. Не о чем жалеть. Мне и здесь хорошо. Русские мы из Русскинской, – печально пошутил Тропинин.

«Уазик» громко и надсадно посигналил. Егорка в нетерпении давил клаксон.

На прощание Плещеев с чувством обнялся со старшим братом, предчувствовал: расстается навсегда.

– Егорке скажи, пусть не переживает, – попросил вновь Тропинин. – Перепугала мальчугана наша партизанка.

Дрожал весь. Поясни, дурнина – она дурная, но, похоже, в ней дух Царь-девицы живет. Вот она Егорку и благословила. Теперь он в огне не сгорит, в воде не утонет. Эвихон не ко всем выходит…

– Будет тебе, старый, байки травить. Прибереги для туристов.

– Приберегу, – обиделся Тропинин. – Но четыре перышка на стреле означают четырех дочерей Эвихон…

Старший Плещеев снисходительно улыбнулся и отмахнулся, мол, ладно, хватит фантазировать.