Мир Ванты Ху

– С ума сходит, девушка, – легкомысленно усмехнулся Бойко. – От счастья.

Рубило мрачно фыркнул. Из туалета вышла блондинистая свидетельница, грозный охранник обратился к ней:

– Много базара. Всё не по делу. Собирай барахло. К маме поедешь.

– Я тут при чем?! – возмутилась свидетельница.

– Отвезешь на вокзал, – приказал Рубило напарнику. – Купишь два билета, в плацкарт, до Челябинска. До своего Кургана доберется сама. Котю отправь с ней, чтоб не удрала в дороге.

– Котя – педик! – попыталась отшутиться свидетельница.

 – Дайте бодигарда! Тело моё хранить. Хочу мужичка какого… хоть самого завалящего.

– Обойдешься, – презрительно прогудел Рубило. – Тело.

Бойко цепко схватил девицу за локоть. Та сморщилась от боли и попыталась вырваться.

– Затихни! – попросил Бойко. – Башку сверну!

– На мне! На мне он обещал жениться! Два года под ним пахала! Он обещал! Обещал! – вдруг истерически закричала она и стукнула кулачком мощного охранника в грудь. – Сволочь! Отпусти, больно!

Девица попыталась вырваться из цепких рук Бойко.

Верзила легко перехватил пальцами за ее тонкую шейку с такой силой, что она захрипела и выпучила от ужаса глаза.

Рубило презрительно усмехнулся:

– Не придуши!

Бойко отшвырнул от себя девицу. Она не удержалась на каблуках. В нарядном, шелковом платье, нежно кремового цвета, упала задом на мокрый кафель туалета. Горько разрыдалась.

– Всем научилась поддавать? – с презрением спросил Рубило. – Вот в своем Кургане и будешь пахать под местной братвой.

Протекцию составим.

– Вернешься, закопаем, – прохрипел Бойко, поддёрнул, поднял свидетельницу под локоть с пола и утянул в подсобные помещения ресторана. – Развлекусь, – пояснил он напоследок своему напарнику.

Рубило мрачно усмехнулся, мол, ну, какая же ты, Бо, – тварь, животное. Но промолчал. С напарником они давно дружили, если можно назвать дружбой вынужденное пребывание плечом к плечу еще с армейских времен.

Бремя понимания

В уголочке спального отделения вагончика для отдыха буровиков, за дощатым столом сутулился Егор, старательно конспектировал цитаты из книги по истории края в общую тетрадь.

Хранилище тел напрочь пропахло кислым потом работяг, кирзой, влажными, непросыхаемыми одеждами и матрасами на лежаках. Вагончик был слабо освещен огненным червяком в колбочке без абажура. На столике перед Егором корячилась на черной лапке старая настольная лампа времен сургутского НКВД с разбитой лампочкой.