Соната лунной принцессы

Ничего хорошего из этого не выйдет. А если она – опасный беглый преступник? Об этом ты подумал? – Стив тараторил без устали, нервно зашагал по комнате взад и вперед, и едва не выронил из рук полицейский прибор. – Если правительство узнает, то… – Он боялся. Боялся за меня? Или и за себя тоже?

– Не думаю. Элизабет не преступник, она милая и добрая. Да и подумай логически, если б это было так, мы бы с тобой веселились бы в патрульной машине с ночи до утра, а не пиво пили. – Решительно опроверг версию о побеге.

 – Полицию бы подняли на уши.

– Тоже верно. – Кажется, Стив немного угомонился, по крайней мере, перестал лихорадочно теребить коммуникатор, по-прежнему продолжая колесить по комнате туда-сюда. – Но как так? Человек-невидимка? Все люди внесены в базу данных жителей, до единого, без этого нельзя. Так? – Последний вопрос носил чисто риторический характер.

– Да. Нельзя ни продать, ни купить. – Кивнул в ответ.

В идеале – нельзя, одна оговорка. На деле, в красной зоне существуют подпольные рынки, где можно достать и пропитание, и предметы обихода, и даже оружие.

Но все же, правительство под угрозой смертной казни (справедливости ради, оговорюсь, власть не только пугает, но и довольно успешно приводит приговор в исполнение, когда находит таких людей), заставляет всех жителей регистрировать новорожденных в единой базе данных, для простоты управления городом. Суровые времена требуют драконовских мер.

Кстати, еще один аргумент в пользу красной зоны, как малой Родины девушки.

Пусть версия и притянута за уши и строится только на домыслах, ничего более логичного на ум все равно не приходило. Не с Луны же свалилась, в конце-то концов.

– Так откуда же она на самом деле? – Задал вопрос сам себе (почему-то вслух).

– Понятия не имею. Но скажу одно – хорошо, что наши лентяи из отдела мониторинга не додумались ввести контроль по всем подозрительным запросам, иначе тебе не поздоровилось, к гадалке не ходи – уже бы прибыла машина и увезла вас обоих в неизвестном направлении, только поминай, как звали.

Она совсем-совсем ничегошеньки не помнит? – Интересовался Стив.

– Помнит. Элизабет. Это ее имя. И говорит про какой-то несуществующий сектор 23. Но ничего не знает, где он находится и что из себя представляет. – Я развел руками. – Его нет в городе, понимаешь?

– Сектор 23? Впервые слышу. – Стив развернул голографическую карту Далласа. – Видишь? Нет никакого двадцать третьего сектора и быть не может.