Жизнь Хамелеона. Наблюдатель

Ну что ж, нам тут сворачивать.

Они стояли напротив входа в тоннель.

– У вас есть фонарь? – спросил Стас, когда Виктор сделал первый шаг в непроглядную тьму.

– Нет, – ответил мужчина. – Он мне ни к чему. – Виктор приложил палец к уголку правого глаза и кивнул.

– А, кажется, понял, – ответил Стас. – Получается, вы видите в темноте? – Виктор кивнул. – И это значит, что все наблюдатели могут видеть в темноте?

– Отчасти вы правы. Став наблюдателем, вы сможете видеть в обычной темноте. А эта, – он указал вперёд, – нечто другое.

Знаете, Станислав, это особая древняя тьма, безграничная, непроглядная и живая. И в ней обычно обитают чудовища, – Виктор улыбнулся, при чём эта улыбка не обещала ничего хорошего. – Этот тоннель охраняют Стражи. Я вас предупреждал о последствиях встречи с ними, поэтому советую не открывать глаза, пока я вам не разрешу. Прошу, – Виктор протянул Стасу локоть, и юноша обхватил его обеими руками.

– Вот мы и вошли. Что вы чувствуете? – спросил Виктор.

Он шёл достаточно быстро и уверенно.

– Ничего, – ответил Стас. Он пытался представить дорогу, по которой они шли, чтобы чувствовать себя увереннее. Но почему-то в голову лезли далеко не безобидные образы – обрывы, пропасти, прогнившие доски и ямы с кольями.

– Это хорошо. Некоторые потенциальные наблюдатели чувствуют холод и панику. В вашем случае у вас отличное восприятие.

– Вы серьёзно? – спросил Стас и улыбнулся.

– Вполне, – ответил ему Виктор. – Те, кто чувствует страх и панику во тьме, становятся не очень хорошими наблюдателями, да и живут не так долго, как хотелось бы.

Потому что наблюдатель сохраняет своё сознание и восприятие мира. Его эмоции остаются исходными. И если они трусы, даже обретя новые способности, они так и останутся никчёмными трусами.

– Значит, я не трус?

– Значит, нет, – ответил Виктор. – У вас в достаточной мере имеется жестокость, расчёт, смелость, железная сила воли, здравая доля мстительности. Такие качества и привлекают нас в потенциальных наблюдателях, они позволяют выполнять работу как следует, не отвлекаясь на мелочи.

Ну, плюс еще выносливость, сила, смелость, интеллект.

Похвала прозвучала достаточно убедительно, но Стасу от таких слов стало не по себе. Так вот, значит, какой он: жестокий, расчётливый и мстительный? Это никогда не считалось хорошим в человеке. И стоп… Он ведь всего лишь подросток…

– Мы пришли, – прервал его размышления Виктор.