Муж Святой Героини

Анлуинн перенёс всё своё внимание на внутреннюю сторону ладоней, сконцентрировался на ощущениях – появилось покалывание, лёгкие электрические разряды заплясали по рукам. Дыхание Анлуинна стало очень, очень, очень мееееееедленным и доооооооолгим, будто исчезло вовсе. Всё стало вязким, воздух вязкий, солнечный свет вязкий, облака увязли в синем небе и остановились, время, сам мир – всё вязкое. Вязкое, густое, и переставшее дышать.

Глаза сами собой прикрылись, оставляя лишь маленькую щель между веками. Запульсировало во лбу – в точке между бровей.

Лицо стало горячим, жар охватил щёки, лоб.

Сцена, которую видел сейчас перед собой Анлуинн, стала меняться. Вокруг цветка появилось нечто вроде слабого кокона, состоявшего то ли из пара, то ли из света. Внутри стебля растения появились нити, жилы, протянутые от корневища в земле к ветвям и каждому листочку. По жилам пробегали световые вспышки, двигающиеся как челнок ткацкого станка: туда-сюда, туда-сюда – вверх-вниз, от корня к листьям, от листьев к корню.

Можно было сравнить это с дыханием: вдох-выдох, или с биением сердца: ту-дум, ту-дум. Каждый раз, когда световой импульс достигал листочка, тот ярко вспыхивал, и звучал неслышимый звук – похожий на звон разбивающегося стекла. Световой импульс достигает листа – птыщщщ! Световой импульс достигает листа – птыщщщ! Но этот звон не слышно, его невозможно воспринять ушами, какой-то другой, не физический орган, улавливает его.

Анлуинн продолжал концентрироваться на ощущениях в ладонях и в какой-то момент заметил, что и его ладони окружает такой же пар, дымка, что окружала цветок.

Только цветок окружала дымка, имеющая желтовато-зелёный цвет, а ладони Анлуинна были покрыты красным или оранжевым. Малыш почувствовал, как дымка от его ладоней стала расширяться, протягиваясь к цветку, и соприкоснулась с дымкой растения.

И в тот момент, когда это касание случилось, Анлуинн ясно ощутил, что теперь и сама его мысль, его сознание, способны коснуться дымки цветка, могут проникнуть в неё, и могут повелевать ею.

Он может отдавать приказы…

Самым забавным в этой практике было, когда он отдавал приказы вОронам. Те слушались его беспрекословно. Первое время, конечно, лишь один из десяти его приказов доходил до них, да и исполнялись они как попало, но со временем, с тренировками, он получил полную власть над чёрными птицами. Он мысленно велел воронам прилететь – и они прилетали к его дому, он велел им улететь – и они улетали.