Муж Святой Героини

Не может быть никаких сомнений в том, что и сейчас его желание исполнится. Соприкоснувшись сознанием с дымкой цветка, Анлуинн пожелал:

– Пожалуйста, цветок, исцелись! Цветочек, пожалуйста, живи! Я люблю тебя – так что, пожалуйста, живи! Я хочу, чтобы ты жил!!

…и цветок начал оживать.

В комнату вошла мама.

– Анлуинн, малыш, не хочешь прогуляться? – спросила она. – Я как раз собиралась идти к мельнице. По пути можем зайти в библиотеку.

Высокая, с красивым лицом, ласковым взглядом, ясными глазами и всегдашней теплотой в голосе.

Подол её красноватого платья поднимался от пола вверх и маленькому Анлуинну казался очень-очень дооооолгим, очень длинным. Взгляд долго поднимался вверх по подолу, наконец, через некоторое время добирался до пояса, затем поднимался выше, ещё выше, и в самом-самом конце в итоге взбирался на вершину – горы? вершину мира? – где встречался с маминым лицом.

Конечно, все взрослые были высокими, и мама не была исключением.

Но Анлуинну из-за длинных подолов её платьев и сарафанов она казалась какой-то особенно длинной, вытянутой – бесконечно? – вверх.

– Мам, смотри, – довольный Анлуинн показал на цветок.

Тот был совершенно здоров. Он ярко зеленел, его сутулая фигурка выпрямилась, скрюченные листочки расправились, чахлый сухой бутон отвалился, но рядом набухли три почки новых бутонов. Цветок выглядел совершенно здоровым и полным сил, он буквально излучал жизнерадостность! Даже муха, кружившая рядом, зажужжала веселее прежнего.

Глаза у мамы удивлённо расширились, у неё вырвался поражённый вздох.

– Ах! – мама слегка пошатнулась.

– Это ты сделал? – спросила она.

– Конечно, – довольно улыбнулся Анлуинн. – Я вылечил его. Я направил на него руки, послал в него тепло и доброту, и велел ему исцелиться.

– Малыш! – восторженно вздохнула мама.

Она поспешно двинулась вперёд.

Недоверчиво и удивлённо осмотрела растение, а потом присела на корточки возле сына и обняла его.

– Какой ты у меня молодец! Великий целитель!

Мама звучно чмокнула Анлуинна в лоб.

– Не перестаю поражаться тебе! За что боги послали мне такого гениального ребёнка?!

Анлуинн продолжал довольно улыбаться, пока мама восторженно щебетала над ним, осыпая похвалой и комплиментами и гладила по голове.